Следопыт о могиканах

Новая книга Александра Купера (литературный псевдоним известного журналиста и писателя Александра Куприянова) со странным на первый взгляд названием «Saudade» посвящена жизни современной российской деревни. Деревни географически совсем не далёкой от столицы (соседняя область), но по многим признакам выглядящей, как другая планета.

Сам термин «Saudade» (саудади) португальского происхождения и в преамбуле к роману объясняется, как «пронзительная печаль от понимания того, что тот, по кому ты скучаешь, возможно, уже никогда не вернётся. Эмоциональное состояние, которое можно описать как сложную смесь светлой грусти, ностальгии по утраченному, тоске по неосуществимому и ощущение бренности счастья. Саудади ассоциируется с очищающей душу любовью».

Но к этому состоянию нас ещё приведёт финальный поворот сюжета, а вначале действие развивается неторопливо, окрестности выглядят пасторально, а персонажи запоминаются как подмеченными колоритными чёрточками характеров и отдельными недостатками (вроде привычного пьянства и тревожащей окружающих иностранной неотмирности), так и человечностью и неприкаянностью почти каждого деревенского жителя.

Хроники начинаются с того, что художники Василий Егоров и Рая Дубравина перебираются в деревню Урлово и начинают обживать дом Раиной бабушки Матрёны Филипповны, которой стало уже не под силу управляться с домашним хозяйством. Сюда коллег-супругов привлекают не только свежий воздух и размеренность жизненного ритма, но и новые впечатления, способные подпитать их творчество: «…из комнаты Раи на втором этаже была хорошо видна радуга, которая возникала всякий раз после дождя. Без радуги Рая не могла бы создавать свои замечательные иллюстрации для детских книг. Согласитесь, радуга на компьютере и радуга над рукотворным озером – разные».

А вот так прочувствованно рассказывает автор о поездке за местной ягодой – куманикой: «Пахло прелой листвой, хвоей, грибами и мокрым папоротником. Тот особый запах, который заставляет таёжного человека перейти на особый шаг. Не трещать ветками, обходить валежины и осторожно ступать по мхам. Лес манит».

Среди персонажей романа – этаких могикан деревни Урлово – выделяются политически подкованный тракторист Яшка Стограмм, совестливый егерь Гоша Панкратов по прозвищу Чаттерли, главврач психдиспансера Эсфирь Самойловна Айзензон (она же Айзензониха) и испытатель Витор Криштиану Палмейро (он же деревенский дурачок Витька Саудадин), «приблудившийся» в деревню из Питера. У каждого из них свой характер, своя история, свой взгляд на жизнь.

Также на протяжении книги автор ведёт игру смыслов с маской рассказчика: оказывается, что урловский следопыт-хроникёр Александр Купер собирает материал по заданию главного редактора газеты «Вечерняя Москва» Куприянова А.И.

Во второй половине книги к традиционной реалистической канве примешиваются фантастические элементы: над деревней, как спасители от местного Апокалипсиса, объявляются инопланетяне, а погибшие обретают вторые жизни в обликах лесных зверей, а один из них даже обретает право голоса: «Благодарение Создателю! Он переселил мою душу в ежа. <…> в первую очередь мне нужно было отыскать её, мою любимую…».

Определённой особенностью творческого метода автора видится стремление чрезмерно всё разъяснить, дополнительно указать читателю на очевидные ассоциации. Тут и краткий пересказ романа Д.Г. Лоуренса «Любовник леди Чаттерлей», и не единичные пояснения вроде: «Порвал колбасу, как Тузик грелку. Есть такое выражение». Предположу, что большинство жителей нашей страны такое выражение слышали, а многие из ныне поредевшего читательского братства сколькими-то годами раньше жадно проглотили и запомнили книгу Лоуренса.

Однако в целом перед нами книга, вместившая в себя интересное и остросовременное смешение жанровых направлений и стилистических особенностей: реалистического и фантастического, публицистики и лирики, рационального и по-человечески трогательного.