Слово художника

Вероятно, для того чтобы избежать каких-либо претензий, автор предупреждает читателя о том, что не является ни искусствоведом, ни историком, а потому может предложить лишь рассказ очевидца о ярких впечатлениях и встречах, случившихся в его жизни. Но ни литературный слог живописца, ни живость анализа и мысли по тому или иному поводу не располагают к тому, чтобы усомниться в его компетентности или праве на высказывание. Кроме того, книга разворачивает панораму весьма непростой исторической эпохи – в лицах, явлениях, ситуациях. В конце 1930-х Лентулов написал эти воспоминания, оглядываясь назад, на своих коллег, чьи жизни так по-разному сложились, на дерзкое искусство 1910-х с его экспериментами и радикализмом, на Первую мировую войну, Февральскую революцию, Гражданскую войну, на страну, которой уже не было, на реконструкцию Москвы, галереи, театры и заводы…

Интереснейшие рассуждения об искусстве, его роли и значимости, поисках нового, в том числе и большого стиля пролетарского искусства, почтении к традициям высокой классики показывают Лентулова последовательным теоретиком, который, впрочем, весьма сознательно предпочитает реагировать на эти вопросы с точки зрения практика от искусства, не скрывая своих болезненных переживаний. Вырисовываются яркие и неожиданные портреты представителей искусства и культуры начала ХХ века: Константин Коровин, Илья Машков, Александр Куприн, Роберт Фальк, Кузьма Петров-Водкин, Сергей Герасимов, Василий Кандинский, Пётр Кончаловский, Давид Бурлюк, Древин и Удальцова, Дейнека и Пименов, Керенский и Луначарский, Маяковский и Северянин, Пильняк и Пастернак, Волошин и Хлебников, Мария Ермолова и Серафима Бирман, Станиславский и Немирович-Данченко, Александр Таиров и Алиса Коонен, Всеволод Мейерхольд и Зинаида Райх…

Иллюстративный ряд книги воспоминаний использует по преимуществу живописные работы мастера, находящиеся как в музейных собраниях, так и в частных коллекциях, фотографии дореволюционного и советского периодов, факсимиле писем.