Новая книга Ольги Фатеевой – первая российская книга о работе судмедэксперта, написанная врачом-женщиной. Те, кто прочёл «Скоропостижку», делятся впечатлениями: «Стивен Кинг отдыхает». Истории «из медицинской практики» описаны с кровавыми подробностями – и вместе с тем книга не оставляет впечатления чернухи. Это весьма качественный нон-фикшен, написанный человеком с хорошим слогом (в биографии Ольги Фатеевой есть учёба на филфаке) и позитивным мировоззрением.
– Ольга, много ли женщин работает в вашей сфере? Как возникла идея написать книгу и будете ли писать ещё?
– Сейчас среди моих коллег очень много женщин, больше половины. Здесь предпочту пофантазировать и связать это с какими-нибудь мистическими причинами – антропоморфный образ смерти в нашей культуре женского пола, старуха с косой, а в современной западной культуре смерть имеет чёткую мужскую принадлежность. Если судить по сериалам, женщин в нашей профессии сейчас хватает везде. За идею написать книгу благодарю редактора издательства «Бомбора» Татьяну Гальцеву, которая предложила попробовать. Сейчас я регулярно пишу в свой блог на «Фейсбуке», он у меня маленький, но очень активный. Точно хочу написать ещё книгу, и даже не одну: и нон-фикшен, и художественную.
– Приходилось ли вам читать подобные книги, написанные вашими коллегами из других стран? Какие отличия в работе судебных медиков за рубежом от российской практики?
– Я стараюсь следить за книгами, близкими по тематике, выходящими и за рубежом, и у нас. Отличий много: работа организована иначе, в каких-то странах вообще нет разделения, как у нас, на судебно-медицинских экспертов и патологоанатомов с разными задачами и разными сферами работы. Где-то не все тела умерших и погибших исследуются, и это, пожалуй, основное отличие – объём работы.
– Книга предельно откровенна – не говоря уже о теме, вы не щадите читателя, рассказывая и показывая самые кошмарные подробности работы. А есть ли книги/авторы/фильмы, которые способны напугать вас?
– Я не стремилась напугать читателя намеренно, это не триллер. При этом не пыталась что-то скрыть или приукрасить, заретушировать – тогда вообще не стоило начинать. Я хотела рассказать, как бывает, но сделать это таким тоном, чтобы все страсти и ужасы прозвучали жизнеутверждающе. Я старалась, чтобы смерть была стимулом к жизни. Хотела передать отношение к смерти не только как к тайне, но и как к чему-то естественному и будничному. И точно избежать жареных сенсаций и разоблачений. Что же до того, что способно меня напугать. Я боюсь книг и фильмов, где кровь и ужасы остаются за кадром, где показывают будничное психологическое и физическое насилие ради забавы, когда ты чувствуешь себя абсолютно не защищённым ни экраном, ни обложкой, знаешь, что то же самое может произойти прямо сейчас у тебя дома. Самый яркий пример – фильм Михаэля Ханеке «Забавные игры» 1997 года.
– Сейчас в России настоящий бум медицинской литературы. Книги, написанные врачами, разлетаются как горячие пирожки. Как вы относитесь к этой тенденции?
– Как говорит героиня советского фильма, «я смотрю на это положительно». Читателям дают возможность приобщиться к тайне жизни и смерти, побывать на призрачной границе, куда медики приходят каждый день, а потом вернуться из запретного пограничья, чтобы восхититься промозглым ноябрём и серым небом. Для авторов это способ превратить неизбежные в работе истории с плохим концом в светлую грусть и душеспасительную ностальгию. Среди авторов-медиков я чувствую себя немного самозванкой – я не оперирую, не провожу реанимационные мероприятия, не присутствую при самом процессе умирания и не общаюсь с родными и близкими умерших, не вижу, во что превращаются тела при кремации. Моя часть работы в этой естественной цепочке от жизни к смерти самая спокойная. Как многие авторы «медицинских» книг, убеждена, что замалчивание темы смерти мешает живым и делает страх смерти ещё более невыносимым.
Владислав Толстов
Толстов Владислав
