Беседу вёл Владимир Спектор
Перефразируя неистового Виссариона Белинского, задам вопрос: «Любите ли вы кино так, как любит его сценарист, режиссёр, педагог Елизавета Трусевич, то есть всеми силами души, со всем энтузиазмом, исступлением, к которому способна молодость, жадная и страстная до впечатлений изящного»? Думаю, что кино вполне достойно занять место театра в этой фразе, ибо сегодня оно, продолжая оставаться, как сказал другой классик, «важнейшим из искусств», во многом определяет пристрастия, взгляды, вкусы, модные, как говорится, тренды современного общества. И если раньше «кино, вино и домино» символизировало благодушную безмятежность времени относительного покоя и застоя, то сегодняшние катаклизмы на грани войны и мира, постепенно убрав из этой триады вино и домино (где оно?), оставили, тем не менее, кино. Его смотрят с неослабевающим интересом (хоть и ходят в кинотеатры меньше, зато выбор, благодаря интернету, киносайтам и социальным сетям стал безграничным и безбрежным). Как не утонуть в этом море, в котором высокое искусство чаще оказывается на дне, а на гребне успеха – наиболее заметны вульгарная безвкусица и низкопробная пошлятина, вопрос актуальный. Возможно ли найти берега в этом море (и нужно ли), или лучше выбрать тихую заводь с любимой киноклассикой, советской или зарубежной, и смотреть то, что проверено временем, и с его течением становится не хуже, а только интереснее? Обо всём этом поговорим с человеком, для которого кино – это, без преувеличения, жизнь, и который о кино знает много и как искушённый зритель, и как известный специалист.
Что там, в области сердца?
– Елизавета Сергеевна, не так давно ваш фильм «Область сердца» получил Гран-при зрительского жюри и спецприз на международном кинофестивале «Неизвестная Россия». Всё главное – в области сердца. Вот и название фильма оказалось пророческим, оправдало себя. О чём Ваш фильм? Что сейчас происходит в области сердца?
– Идея возникла, когда училась во ВГИКе. Как сценарист, делала тогда фильм к юбилею Лео Бокерия, мы снимали в Институте кардиохирургии, изучали материалы, я была очарована этой темой, в которой одновременно была и наука, и метафизика. Тогда же Наталья Фокина-Кулиджанова рассказала, что семья Кулиджановых близко дружила с семьей Бураковских. Кулиджанов – великий советский режиссёр, снявший фильмы «Когда деревья были большие», «Преступление и наказание»… А Бураковский – великий кардиохирург. Наталья Анатольевна дала мне телефон вдовы Бураковского, я ездила к ней в гости в тот самый знаменитый Дом на набережной. И уже от неё узнала, какой разносторонней и яркой личностью был Бураковский – он близко дружил с космонавтом Леоновым, с художником Шемякиным, с Андреем Тарковским, с Владимиром Высоцким. Я тогда же написала сценарий, который строился на ассоциативном монтаже: запуск искусственного спутника Земли в 1959 году, и в этом же году создание аппарата искусственного кровообращения, выход в открытый космос Леонова, и операция на открытом сердце, которую проводит Бураковский.
Сценарий ждал своего часа более 10 лет. И вот, продюсер Олег Штром дал возможность идею воплотить. Фильм я посвятила Наталье Фокиной-Кулиджановой, которая умерла за год до выхода фильма… Поэтому награда на кинофестивале «Неизвестная Россия» для меня очень дорогая и памятная.
– Речь у нас о кино, и потому хотелось бы узнать ваше мнение о фильмах (сериалах), появившихся к 80-летию Победы в Великой Отечественной войне. И вообще, какие военные фильмы считаете наиболее удачными, нестареющими, сделанными, как говорится, на века? И, кстати, на ваш взгляд, достаточно ли внимания уделяют этим фильмам главные телеканалы страны?
– Я не в восторге от современных фильмов о Великой Отечественной войне. До нас была задана слишком высокая уровневая планка. Иногда, когда смотришь новый продукт, как сейчас принято говорить, то понимаешь, что это действительно продукт, причём с очень коротким сроком годности и не слишком натуральным составом. Всё-таки лучшие кинокартины о войне были созданы режиссёрами-фронтовиками (Сергей Бондарчук, Станислав Ростоцкий, Юрий Озеров, Григорий Чухрай, Владимир Басов, Пётр Тодоровский), либо режиссёрами, принадлежавшими к поколению детей войны (Андрей Тарковский, Леонид Быков)… В числе мастеров военного кино – и режиссёры старшего поколения, которые в силу возраста не были на фронте Великой Отечественной, но прошли испытания гражданской войны, создавали боевые киносборники, когда немцы были в нескольких километрах от Москвы или как Эйсымонт – в блокадном Ленинграде (я имею ввиду шедевр «Жила-была девочка»). Это совершенно другой подход, другая степень достоверности. Да и в целом, восприятие кинематографа не как продукта, а как искусства, которое имеет колоссальный отклик у зрителей. Это вовсе не значит, что поколению «внуков» не надо снимать о войне. Надо, конечно. Но важно понимать степень ответственности. И конечно, когда я слышу от режиссёра слово «продукт», то уже знаю, что ничего путного он не снимет – ни для зрителя, ни для проката. Зритель очень хорошо чувствует фальшь и неуважение к себе.
Ген альтруизма и «Гены Гены»…
– Ваш сценарий «Ты – от яблони Ленинграда» стал лауреатом всероссийского конкурса полнометражных сценариев, организованном ВГИК. Он ведь тоже о войне?
– Я написала сценарий в 2017 году, но, по-моему, с каждым годом он становится всё актуальнее. За основу взято событие из малоизвестных страниц истории блокадного Ленинграда: сотрудники Всесоюзного института растениеводства охраняли более 200 000 образцов семян и клубней: там были рис, картофель, лён и многие другие культуры. 28 хранителей института умерли от голода, но ни один из них не притронулся к образцам коллекции. В Ленинграде было много повседневных подвигов, почти в каждой сфере жизни. Но эта история показалась мне совершенно удивительной! Сценарий вызвал интерес у многих кинокомпаний и претендовал на финансирование в Фонде поддержки военно-патриотического кино и в Министерстве культуры РФ. При этом в сценарии есть и детективная современная линия. Истории прошлого и настоящего переплетаются – поднимается тема цены жизни. Общество может надеяться на будущее, только если его лучшие люди готовы жертвовать жизнью ради жизни других. Кстати, об этом пишет учёный-биолог Докинз в научной книге «Эгоистичный ген». Люди обладают геном альтруизма, и зачастую массмедиа, социальная инженерия искусственно пытаются нас этого гена лишить.
– Среди ваших работ не только художественные фильмы, но и сериалы. Как появилась идея создания веб-сериала «Агентство Антитролль»?
– В эпоху телевидения сериал считался более простым форматом, в котором не может быть глубинной метафизики. Но в «Антитролле», снятом на киностудии «Мастер-фильм», хотелось большего, тем более, что он снимался для интернета. На сегодняшний день это мой самый «зрительский» проект – его посмотрело более 7 миллионов зрителей. Там всё не так просто по сюжету и по структуре.
Каждую серию мы заканчиваем «крючком», вводим героя, который рассказывает о своей проблеме и просит помощи (тема насущная – борьба с фейками и троллями в интернете). Но в следующей серии этот герой не появляется, и тема эта не затрагивается.
Это такой ложный крючок, разрушение традиционной структуры ТВ-сериала, при этом приём даёт как бы расширение пространства истории. В сериале неожиданный финал, который многих молодых зрителей буквально выводит из себя – на самом деле, каждый из героев – это не только личность, но и образ, представляющий своё поколение. И да, в финале метафизическая победа за поколением, которые имеет не цифровые, а более традиционные, аналоговые корни.
– Какие ваши сценарии и постановки, документальные и учебные проекты вызывают у вас если не гордость, то удовлетворение результатом?
– Игровой полнометражный фильм «Гены Гены», снятый во время учёбы в Академии Н.С. Михалкова – у этого фильма был очень маленький бюджет, и это провоцировало на смелые творческие решения. Как и в фильме Альфреда Хичкока «Верёвка», у нас было всего 11 монтажных склеек, а внутрикадровые мизансцены повторяют спираль ДНК. Несмотря на то, что, я думаю, это скорее философская комедия, основная драматургическая интрига отсылает к жанру детектива. Учёный-генетик одержим идеей перевести код ДНК в буквенную последовательность и прочитать послание, которое НЕКТО оставил в каждом из нас. С просьбой о помощи он приходит к профессору лингвистики, открывшей первый в мире алфавит Адамова языка, с которого и началась человеческая речь. Только она знает первые в мире буквы. И если с её помощью раскрыть код ДНК человека, откроется великая тайна человечества! Но неожиданно происходит убийство… Это фильм о том, что каждый человек – прекрасное и совершенное творение. И в его ДНК зашифрована вся мировая культура прошлого и будущего. Мне кажется, сегодня особенно важен гуманистический посыл картины – хотя я писала сценарий в 2019 году, и ещё не было такого буйства искусственного интеллекта. Но вот как-то случайно я написала именно о ценности человеческого в человеке.
Зритель выбирает своих гениев
– Много говорится о необходимости появления на экранах талантливого патриотического кино, которое в состоянии не только развлечь и увлечь, но и помочь в воспитании таких важных качеств, как любовь к Родине, порядочность, честность, отзывчивость, доброту и отзывчивость… Наверное, это идеализированные представления о возможностях кино. И всё же… Есть ли шансы и предпосылки для появления таких фильмов?
– Конечно, есть. У нас каждый год в ГИТРе выпускаются талантливые молодые сценаристы, я это вижу и точно знаю. Все неудачи современного российского кино лишь оттого, что оно зачастую использует чужой киноязык – язык Голливуда. В той же ловушке оказались и европейские страны. Это невероятно глупо. Италия, Россия, Франция – это исконно кинематографические страны, имеющие мощный яркий неповторимый киноязык. И конечно, на англо-американском киноязыке снимают с чудовищным акцентом. Мой любимый пример – в 1970 году в Италии лидерами кинопроката были такие сложные шедевры как «Сатирикон» Феллини, «Следствие по делу гражданина вне всяких подозрений» Петри и «Гибель богов» Висконти. Простые люди, служащие и рабочие шли на яркое национальное кино, которое говорило с ними на итальянском киноязыке. Американское кино тоже присутствовало и никак не ограничивалось (хотя, французы регулярно вводили квотирование на ввоз американских фильмов) – зритель выбирал своих гениев Висконти, Феллини, Петри. Будут такие режиссёры – будет кино, будет и зритель. А если будет поставлена задача, то и режиссёры найдутся очень быстро.
– Какими качествами, на ваш взгляд, должен обладать успешный профессиональный сценарист, режиссёр, писатель (ведь вы автор нескольких повестей и романов, стихотворных циклов)? Конечно, мы предполагаем, что талант присутствует изначально, ибо бездари, как известно, пробиваются без всяких качеств…
– Есть книга Яна Парандовского «Алхимия слова», посвящённая как раз внутренней и внешней лаборатории гениев – Дюма, Пушкин, Бальзак… Все очень по-разному. Но, всё-таки, есть общий объединяющий момент – любое великое произведение – о любви к людям. Очень легко отличить подделку от настоящего. Если нет в произведении любви к человеку – значит, это очередной суррогат.
Мне как-то студенты расхваливали новый американский фильм, ложно претендующий на статус «авторского кино». Я посмотрела. Во-первых, это вторичное кино (кое-где подражание Бергману, кое-где Феррери), при этом, хорошая операторская работа, мизансцены интересные. Но в каждом кадре сквозит такая лютая ненависть к человеку, что у зрителя, который, всё-таки, тоже человек, не случается катарсиса. Тогда зачем всё это? Любовь к человеку может быть выражена в очень суровых фильмах – ведь и «XX век» Бертолуччи и даже «Большая жратва» Феррери – это тоже о любви и невероятной жалости к человеку, призыв опомниться.
Придёт черёд несозданным шедеврам…
– Ваш роман «Тайна страны шедевров» с интересом принят читающей аудиторией, и это вполне объяснимо – книга увлекательная и познавательная. Это и фантастика, и, в то же время, реалистичное повествование для семейного чтения. Скажите, пожалуйста, хотя бы несколько слов о главной идее книги и событиях, о которых идёт в ней речь.
– Это история о том, как в неведомую страну, управляемую Музами, попадают мальчик и его отец – в этой стране много картинных галерей, где висят полотна, задуманные, но по какой-то причине не созданные Рафаэлем, Микеланджело… В библиотеках стоят книги, не написанные Пушкиным и Лермонтовым. В кинотеатрах идут фильмы, не снятые Чаплиным и Феллини. Я начертила целый план этой страны. Есть города с музеями и библиотеками созданных шедевров, но утраченных на земле и попавших в этот Рай. Я верю, что у каждого несозданного великого произведения есть призрак, который существует в каком-то другом измерении. Отчасти и фильм «Гены Гены» о том же – о том, что в нашем ДНК Богом уже заложено всё великое, что было и будет создано на земле. Кем – вопрос случая.
– Сейчас публикуется достаточно много всевозможных рейтинговых списков книг, которые, по мнению составителей, необходимо прочитать. Есть списки интересные и объективные, есть предвзятые. Например, в одном из них я с изумлением обнаружил среди ста рекомендованных книг всего лишь шесть изданий российских авторов. Кто-то сознательно формирует читательский вкус, делая упор на зарубежную литературу, детективы, боевики, душещипательные мелодрамы… А что вы читаете для души? Какие книги считаете для себя главными, основополагающими?
– Все эти списки – чушь, не системная, субъективная, пёстрая. Уже давно составлены полные списки, есть «Библиотека всемирной литературы», изданная в 70-е гг., там охват полнейший – все страны, древняя литература, античность… Читать – не перечитать. Я бы самым важным автором для себя назвала Пушкина и особенно его «Евгения Онегина», опередившего своё время на полтора века. А так, перечитывать русскую литературу в разных возрастах – это необыкновенный опыт. Каждое произведение растёт вместе с читателем – это и есть мерило значимости литературы для человека в отдельности, и человечества в целом. В юности моей любимой книгой была «Война и мир» Толстого, я её перечитала три раза. Кстати, великий режиссёр Михаил Ромм очень любил этот роман и во время собеседования поступающих на режиссёрский факультет пытал именно по «Войне и миру». Из зарубежной литературы – Мопассан, Сервантес, Ремарк…
– Очень интересно было бы узнать ваш вариант списка киношедевров всех времён, хотя бы несколько фильмов, которые невозможно не упомянуть.
– О, это список очень большой. Скажем так, есть объективный список, а есть личный. Если говорить лично о моей страсти – это итальянское кино. Весь Феллини, весь Де Сика… И рядом – испанец Бунюэль, «Мы так любили друг друга» Скола, «Народный роман» Моничелли, «Большая жратва» Феррери… Можно продолжать бесконечно. Итальянское киноискусство XX века – это феномен, это чудо! Тем позорнее современному итальянскому кино отказываться от своего киноязыка и говорить на чужом.
Главное – быть готовым к вдохновению…
– Все мы родом из детства. Кем мечтали стать в школьном возрасте? Реализовались ли детские мечты?
– Я хотела стать писателем. Почти сразу, с раннего возраста. Мой путь был вполне линеен. И я очень рада, что какие-то детские мечты осуществились…
– «Любовь детей – вот в чём, пожалуй, суть всей жизни, что ещё осталась»… Эту строчку прочитал когда-то в журнале и запомнил. С ней не поспоришь. Любовь детей, близких – это самая мощная опора, которая может быть у нас. И об этом – не только мысли, но и книги, фильмы… На мой взгляд, и ваши книги и фильмы – об этом. О любви и дружбе, о честности и готовности прийти на помощь…
– Я бы добавила, что лейтмотивной темой является любовь к человеку и осознание того, что человек – это чудо, удивительное совершенное творение. Я думаю, что сегодня говорить об этом очень актуально, хоть и не очень своевременно.
– Говорят, что вдохновение проявляется только в определённой атмосфере. Это может быть безмятежное одиночество, романтическая влюблённость, одинокие прогулки, мечтательная сосредоточенность… Что из этого наиболее близко?
– И то, и другое, и третье. А ещё всеядность, любознательность. Вообще, всё, что связано с вдохновением – необъяснимо. Ведь оно – от Бога. Главное – быть готовым к тому, чтобы уловить, понять это состояние души….
– Вы руководите кафедрой драматургии в ГИТР. Какие советы дали бы абитуриентам? Понимаю, что самое главное – знания и умение эти знания проявить. И, тем не менее…
– Всем на свете интересоваться. Много читать, много смотреть настоящего кино. Не доверять соседу по парте и не смотреть то же, что и он. Он поступает в другой вуз, ему можно тратить время на посредственные произведения, это не его будущая профессия. Быть избирательным в плане вкусовых предпочтений и при этом скромным человеком, это для сценариста очень важно – мы не на сцене и даже не за камерой, мы – за письменным столом, но внутри нас в этом момент – целый мир.
– Ваши пожелания читателям (они же и зрители), а также себе и своим близким…
– Смотреть великое кино. Зачем смотреть другое, если есть великое? И, конечно, быть здоровыми, настроенными на успех, оптимистичными и уверенными в том, что счастье есть, а оно, как сказано в хорошем кино – «когда тебя понимают».
«ЛГ»-досье:
Елизавета Трусевич. Окончила сценарный факультет ВГИК (мастерская А.Я. Степанова и Н.А. Фокиной-Кулиджановой) и режиссёрский факультет Академии кинематографического и театрального искусства Н.С. Михалкова (мастерская В.И. Хотиненко). Доцент, кандидат искусствоведения, заведующая кафедрой драматургии ГИТР. Режиссёр, сценарист киностудии им. Горького, Disney, «Мастер-фильм», т/к «Культура». Лауреат международных кинофестивалей «Золотой Витязь», «Киношок», «Лучезарный ангел», «Алые паруса», «Дух огня», «Сказки детства» (Сербия), «Ноль плюс». Лауреат премии телеканала «Страна» и премии «Колба», а также премии им. В. Катаева журнала «Юность». Автор учебников по режиссуре и сценарному мастерству. Член Союза писателей России. Повести публиковались в журналах «Юность», «Роман-газета», «Российский колокол» и др. Среди поставленных фильмов – «Семицветик», «Область сердца», «Агентство Антитролль», «Гены Гены», «Счастье – это», «Герои нашего времени».
