Леонид Соколов, г. Уфа
Первой узрела в окошко внука, ученика 5-го класса, бабка Матрёна. Она и забила тревогу: «Ой, невесёлый какой, ой, невесёлый. И походка грустная…»
Всё семейство слетелось к окну, пристально наблюдая за каждым жестом, за каждым Вовкиным шагом. Портфель в его руках раскачивался так, что, казалось, вырвется из рук и упорхнёт куда-нибудь под самые облака вместе со всеми учебниками, тетрадками и оценками…
– Ох, не к добру это, ох, не к добру! – голосила всё та же бабка, накаляя и без того тревожную обстановку. Занервничал даже всегда невозмутимый дед, тихо покашливая в похожий на микрофон кулак. Мрачнее тучи были и мать с отцом…
От окна все переместились в коридор, поближе к двери, за которой раздавалось звонкое шлепанье Вовкиных сандалий…
Наконец на всех присутствующих обрушились долгие и нудные трели звонка, какие бывают лишь в школе и возвещают крайне неприятную весть о наступлении контрольной работы…
Вовка даже никому не кивнул, прошёл через строй предков в комнату, громко захлопнув за собой скрипучую дверь. В квартире воцарилась стерильная тишина. Было слышно, как у кого-то урчал желудок и скреблись не то мыши, не то дрыхнул кот. Сколько времени длилась эта далеко не рекламная пауза, трудно сказать. Как вдруг ту же тишину разрушил сам Вовка.
– Все ко мне! – раздалось за дверью.
– Ой, что ж такое случилось? – бормотала бабушка, глотая горсть таблеток. – Что случилось?!
Предки выстроились в нестройную колонну и двинулись в комнату.
Возглавила шествие бабка, раскачивающаяся из стороны в сторону и удивительнейшим образом смахивающая на утку. За ней какой-то козлиной походкой спешил дедушка. Схожести добавляли редкая бородка и длинные заострённые уши, похожие на рожки… Совсем угрюмо выглядел отец. Глаза его были такие же печальные, какие бывают у быка, которого везут на убой… В конце строя кудахтала маманя, размахивающая руками и напоминающая рябую курицу.
Вовка был обнаружен в конце длиннющего стола развалившимся в полуразвалившемся кресле.
– Все на месте? – строго спросил тот.
– Все, все! – отрапортовала бабка. – Можешь пересчитать…
– Считать некогда. Знаете, зачем я вас сюда позвал? – Вовка поднялся из-за стола и начал прохаживаться взад-вперёд, заложив руки за спину. – А затем, что терпеть такое дальше просто недопустимо… Ну куда это только годится, целых три двойки за одну неделю! Повторяю, целых три двойки! Вот, смотрите! – Вовка раскрыл дневник и выставил его внутренности на всеобщее обозрение.
– Стыдно должно быть вам, очень стыдно! Кто делал математику?!
Отец смущённо опустил голову:
– Ну я…
– Оно и видно! Вторая двойка за месяц. А ещё физмат окончил! Что будем делать, а?.. Придётся принимать меры. Никаких рыбалок, никакого футбола, никаких бань, пока не исправишь все двойки. Понятно?!
Папаня густо покраснел и при всех дал слово исправиться…
– А кто химию делал? Ну, что молчите, ведь всё равно узнаю!
Из-за стола робко поднялась мать. Брови её странным образом двигались вверх и вниз, от чего на лбу то появлялись, то исчезали волны морщин…
– Тоже двойка! Этого мне только не хватало! А ведь без этой науки нынче и шагу нельзя шагнуть. Да с такими оценками меня на второй год оставят… Вы этого от меня хотите?
– Ну что ты, Вовочка! Просто у меня времени не хватило…
– Времени, времени. А вот на всякие парикмахерские, сериалы его хоть отбавляй. Больше телевизор вы все не увидите. Я переношу его в свою комнату и держу до тех пор, пока все оценки не будут исправлены…
Влетело и дедушке, который делал задание по географии и перепутал Северный полюс с Южным. У него Вовка отобрал мобильник….
Наконец очередь дошла до сочинения.
С места соскочила бабушка, крепко, как гранату, сжимая в левой руке стекляшку с валидолом. Но последний не понадобился.
– А бабушку я бы хотел похвалить. Вот с кого надо брать пример! – вдруг улыбнулся Вовка. – Чувствуется, что человек старался изо всех сил. Так что поздравляю с вполне заслуженной пятёркой!
