Роман Богословский
Павел Крусанов. Совиная тропа. – М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2025. – 384 с. – 3000 экз. – (Петербург и его обитатели).
За последние пару месяцев ко мне на разбор попадает уже третья книга с Питером в роли активного фона: «Колокольчики Достоевского» Сергея Носова, «Вторгается ночь» Владимира Коваленко и вот теперь «Совиная тропа» Павла Крусанова – современная питерская трилогия, не иначе.
Интересно, что совсем недавно я вспоминал Павла Васильевича в связи с его хулиганской книжкой «Американская дырка». Вышла она достаточно давно, аж в 2005 году, однако, когда с голубых экранов и мониторов полилась информация о редкоземельных металлах и об Америке, которая настаивает на их добыче то там, то тут, я содрогнулся и невольно вспомнил этот текст о разрушении США, земных недрах и чудовищной дырке в них, о запуске причудливых медиавирусов. Не один Сорокин, а ещё и Крусанов в каком-то смысле предсказал современность.
Но «Совиная тропа», конечно, вещь другая и работает на ином топливе. Для начала напрашивается музыкальная аналогия. Мой давний знакомый, композитор Антон Холопов, сказал как-то об Александре Градском: «Маэстро настолько кайфует от своего голоса, что ему, кажется, не важно, о чём он поёт». С Крусановым, как мне видится, дело обстоит так же. Он так органично живёт в собственном языке, настолько его чувствует, что, если б он писал о прокладке водопроводных труб, это выглядело бы столь же утончённо.
Итак, в центре событий двое друзей – Александр и Емеля. Они ребята творческие, настоящие гуманитарии. И вот решают эти придумщики учредить нечто вроде тайного ордена. Но не в обычном смысле, вроде там псевдомасонства какого-то, а на свой причудливый лад. Суть деятельности – помощь людям, которые в этом нуждаются. Но есть нюанс: благодеяния должны быть тайными, о них следует молчать, рассказывать запрещается не только сторонним людям, но и в первую очередь самому счастливому потребителю благ: то есть одариваемый не в курсе, общество тоже – добрые дела совершаются скрытно.
Всё вышесказанное вместе и называется «Совиная тропа». Ведь у совы нет тропы, её невозможно «отследить по следам» – она летает по воздуху, а значит, мы имеем дело с красивой метафорой, с художественным симулякром. Забавно. Если переиначить название в «Совиный троп», где под тропом понимается фигура речи, это будет глубокомысленная пасхалка для филологов и лингвистов, некая тайнопись.
Помните сериал «Твин Пикс» и фразу «Совы не то, чем кажутся»? Там Дэвид Линч устами своего персонажа как бы намекает, что в обыденном и привычном может таиться зловещая загадка, мрачная тайна. Сочетание «Совиная тропа» Павла Крусанова того же свойства понятие. Ну может, за минусом мрачности.
В общем, можно подумать, что идея работает на библейском топливе в виде «Подай тайно, и Господь, увидев тайное, воздаст тебе явно» – но нет! Александр и Емеля вовсе не стремятся через подаяние благ разбогатеть или получить нечто для себя, они работают за идею, на альтруизме, даже, я бы сказал, с примесью юродства, что роднит крусановский сюжет с русской сказкой. Плюс одного из героев зовут Емелей, видимо, не так просто.
Однако, к моему большому сожалению, почти за 400 романных страниц этим двоим чудакам удаётся помочь лишь двум людям – девушку Катю они избавляют от диабета, а талантливого художника Огаркова – от нищенского существования. Павел Васильевич, почему это так, за что вы так с нами?
Ведь «клиентов» ордена на указанном количестве страниц могло быть минимум десятка два, а то и больше. И каждая помощь, всякое решение чьей-то проблемы – это дополнительный сюжетный твист, поворот, зайдя в который персонажи бы действовали, сталкивались характерами, двигая повествование.
Думается мне, я понял, в чём тут дело. Я лично прекрасно знаю массу питерских писателей, художников и музыкантов. Знаю, как они любят «обсудить мироздание». Однако… Вот этот жанр, когда много, долго, и подчас из года в год повторяясь, говорят об эстетике,о философии, творчестве, метафизических проблемах бытия и глубинах психологии, на мой личный взгляд, давно зашёл в тупик.
Сколько бы подвыпившие интеллектуалы и духовидцы всех мастей ни обсуждали всё, что им угодно, действительность ещё ни разу не спросила их мнения на тот или иной счёт. Реальность просто и неотвратимо наступает, а вместе с ней приходит и похмелье у художника, которому накануне вечером казалось, что он своими рассуждениями горы свернул. Восьмидесятые годы ушли, а вместе с ними и актуальность кухонных бесед – к сожалению, но надо это признать. Вернее, беседовать-то можно, но стоит ли заливать этот раствор в фундамент книги?..
«Совиная тропа», её завязка и экспозиция предполагают интенсивный событийный ряд. Возьмём любой динамичный сюжет, в котором герои создали нечто, чем теперь живут каждый свой день и час: трудно представить, что, к примеру, в елизаровском «Библиотекаре» герои найдут лишь пару магических книг и всё оставшееся сюжетное время будут рассуждать на высокие темы. Я понимаю, что это как бы другой жанр, но как бы и нет вовсе!
В начале читателю заявлен некий тайный орден, у которого есть внятные цели и прописан концепт, но своим непосредственным, наиважнейшим теперь делом члены братства занимаются всего два раза по-крупному и, по-моему, ещё пару раз так, по мелочи. Я именно что и ожидал от героев действия, приводящего к катарсису, к чему-то новому, важному, переоценке. К странствию героя, в конце концов, где он приходит в точку «Б» полностью обновлённым, а не просто повзрослевшим и с женой… Я повторюсь – объём задумки-то позволяет. И сюжетное пространство тоже, но – увы. Много, уж слишком много в романе вялотекущего, а хотелось взрыва!
Безусловно, можно взглянуть на эту книгу под другим углом – я в итоге так и сделал. И вот какой вывод. Это проза про и для «творческих людей». Знаете, группу Dream Theater называют музыкой для музыкантов. Что-то подобное ощущается и тут.
Проблема в том, что такая проза в наше время почти не работает на массового читателя. Это может быть интересно человеку, который сам в достаточной мере погружён в кухонные беседы про психологию, философию и эстетику. Ну то есть круг фактически вовлечённых и увлечённых такой продукцией сейчас предательски мал. Как там Летов пел? «Мы играем для себя…»
Я не зря начал свой разбор с романа Павла Крусанова «Американская дырка». Вот он захватывает, как бы хоронит тебя в сюжете. А в данном случае мы имеем дело с красивым, изящным творческим актом, созданным ради самого акта: сюжет тут второстепенен, а первостепенен язык – исполнение важнее того, что исполняется.
Не знаю, конечно, что до рядовых читателей и кто они вообще в наше время?.. Есть ли таковые в принципе?.. Но писателям, филологам, любителям изящной словесности и вдумчивого импрессионизма в прозе «Совиную тропу» («Совиный троп»?) рекомендую настоятельно.