В погоне за политическими дивидендами позволено всё?
Пока точно неизвестно, кто именно организовал теракт в Петербурге, но уже понятно, каким образом трагическое событие использовали в конъюнктурных политических целях.
Наиболее полно практику спекуляций иллюстрируют соцсети, ставшие мощнейшим инструментом формирования общественного мнения. Сюда, в интернет, как точно подметил политолог Сергей Михеев, российское общество заталкивали едва ли не насильно, чуть ли не на государственном уровне. Теперь именно в соцсетях наиболее оперативно распространяются идеи, не способные размножаться в иной информационной среде. И хотя в фейсбуках-твиттерах, казалось бы, царит свобода, здесь же – привычный ареал обитания доктринёров. Заранее можно было предугадать, кто станет главным субъектом и главным объектом критики в связи со взрывом в петербуржском метро.
Буквально в первые часы после теракта в нишах, где традиционно укоренилась либеральная мысль, начала распространяться оценка профессора МГИМО Валерия Соловья: «После взрывов в питерском метро линия поведения власти в отношении любых массовых акций предопределена. Думаю, в других отношениях тоже». Этот полунамёк, что российской власти теракт выгоден, обрёл более определённые формы в высказывании профессора ВШЭ Сергея Медведева: «…Какую бы версию они ни выдвинули, как бы быстро ни расследовали, после Каширки и Волгодонска, рязанских учений, после Курска, Беслана, «Норд-Оста», Крыма, Донбасса, «боинга», после Литвиненко и Вороненкова – им никто уже не поверит. Власть увязла во лжи и гибридности, кровавая тень падает и на неё, и от этих подозрений уже не отмыться, как царю Борису. Когда подозрения ещё хуже доказательств – это и есть делегитимация…»
Вот, собственно, и вся логическая цепочка – от вопроса «кому выгодно» к ключевому тезису о нелегитимности власти. Сопровождать эти умозаключения обязательно должны интонации ложного пафоса. Патетический тон – верный спутник всех майданных пропагандистских кампаний. И конечно, необходимо, чтобы носителем идеи нелегитимности власти выступил какой-нибудь профессор престижного вуза. В его устах любая белиберда звучит солидно. А список обвинений следует предъявлять как нечто само собой разумеющееся и желательно общим списком, чтобы оправдывающийся нелепо метался между Литвиненко и Вороненковым, Бесланом и Крымом.
И только потом, когда выскажутся профессора МГИМО и ВШЭ, когда осветят своим авторитетом магистральный путь политической борьбы, к процессу подключатся рядовые сетевого фронта, и мысль их будет выражена вульгарно: «Путин виноват». Но кто сказал, что вульгарность – негодный способ вывести народ на баррикады?
Василий Травников
Вместе с петербуржцами
В день теракта собкор «Литературной газеты» в Петербурге Владимир Шемшученко несколько часов не мог найти свою дочь. Как выяснилось, Полина села в поезд метро, вслед за которым ушёл трагический состав. С Полиной всё нормально, но часы без связи нашему корреспонденту показались вечностью. Он написал стихотворение, которое назвал «Полина». Но адресуются эти строки и всем, кто в этот страшный день переживал за своих родных. Да и всем нам, кто душой вместе с петербуржцами, ленинградцами, кто переживает за них и скорбит вместе с ними.
Не жар-птица в Неву уронила перо,
Не сошла на прохожих небесная манна –
В Петербурге сейчас подорвали метро…
Рана!
Телефон, как змея… Он ужалить готов…
Сердце лопнет сейчас от малейшего звука…
Позвони! Хоть дыханье услышу без слов…
Мука!
Пальцы, как не мои… Длинный, длинный гудок…
Вечность тянет своё в исполнении сольном…
Никогда ещё не был я так одинок…
Больно!
Телевизор безжалостно ходит по мне,
Тычет в душу, в глаза – крики, слёзы и стоны…
А в ушах, как стеклом по железу лишь, – «…вне зоны…»