«Литературная газета» при содействии фонда «Русский мир» начинает новый проект, посвящённый проблемам преподавания современной и классической литературы в школах. В рамках «Русского глагола» о наболевшем выскажутся как известные писатели, занимавшиеся педагогической деятельностью, так и учителя русского языка и литературы.
На вопрос редакции: «Каким, по вашему мнению, должно быть влияние современной и классической литературы на систему школьного образования?» – отвечают известные российские писатели.
Владимир ЛИЧУТИН:
– Если литературы в школе нет, то нет и образования, выйдут самые настоящие классические глупцы. Я всегда говорил: кто не читает книг, тот умер ещё при жизни. Литература – это основа духовного воспитания и существования человека на Земле.
Только люди, желающие развала государства, могут восставать против литературы.
Самая главная книга – это, конечно, Евангелие. Вся русская литература создана на его основе. Конечно, и до Евангелия были книги, но основная масса, основной объём русской литературы стоит именно на канонических текстах, на учениях святых отцов. Они несут глубинный свет, который проникает в человека и поднимает его над землёй. Я считаю, что вся литература – до 1991 года – была духовной.
Как это ни смешно звучит, советская власть была на страже духовности и стала правопреемницей христианской литературы. Хотя внешне всё было наоборот – она зачёркивала, уничтожала, но потом поняла, что это невозможно, потому что русский человек изначально был воспитан на православии.
Вообще говоря, литературу ничто не может заменить, в том числе и интернет. Потому что все нововведения, изобретения связаны с человеческим любопытством, и кажется, что они облегчают человеческую жизнь, а на самом деле её губят. Об этом пока мало задумываются, но придёт время, когда человечество откажется и от интернета. Существовало движение, участники которого выкидывали телевизоры в окно. Думаю, такая же участь постигнет и интернет – когда люди поймут, что эта система создана человеческим любопытством по воле не Бога, но дьявола. Да и в качестве хранителя истории электроника не очень надёжная вещь. Кончится электричество – и всё исчезнет. В этом плане задача учителей – вернуть школьникам интерес к бумажной книге. Но тут важна роль государства, которое может всё.
В советское время писатель исполнял роль священника, был для народа пастырем. Именно писатель вёл по нравственному пути русский народ. Советская книга учила состраданию, милосердию, милости к падшим, и очень печально, что её сейчас недооценивают.
Сергей ЕСИН:
– Практически вся система гуманитарного образования держится на русской литературе, в том числе история, обществоведение, русский язык и всё, что связано с другими сферами нашей жизни, такими как этика, психология, социальное поведение и государственное устройство. Поэтому в сегодняшнем образовании литература должна иметь главенствующую роль. Я говорю об этом не потому, что я писатель, а потому, что я, будучи учеником в своё время, теперь отчётливо понимаю: всё, что мне дала литература, в жизни пригодилось и помогло, в отличие от других предметов.
Александр ТРАПЕЗНИКОВ:
– Классическая литература должна превалировать в учебной программе. И из современной литературы должно изучаться то, что идёт в ключе русской классики, в первую очередь от золотого, Серебряного века.
Я могу сказать как учитель русского языка и литературы (это моя первая профессия), что у подростков, юношества обязательно должен присутствовать элемент самообразования, без него тоже нельзя. Кроме того, что тебе дадут учителя, ты должен сам искать новое, сам стремиться к какому-то личностному совершенствованию.
Само собой, поскольку литература, особенно современная, очень многогранна и многопланова, некая свобода выбора должна быть. Свобода, а не вседозволенность.
Я, например, изучал и классическую, и зарубежную литературу, но всегда был какой-то тормоз, какое-то понимание, что не всё, что предлагается, достойно внимания. То есть сформулировать можно так: свобода, но в определённых рамках.
Сергей ШАРГУНОВ:
– Влияние на учёбу современной и классической русской литературы должно быть, само собой, определяющим.
Должен быть прозрачным сам список литературы, рекомендованной для прочтения. Потому что каждый раз возникают дискуссии и по-прежнему неясно, что входит в обязательный перечень, а что – нет. В своё время в реформистском раже из школьной программы выбросили треть произведений – «Белеет парус одинокий», «Сын полка» Катаева, «Детство Никиты» Алексея Николаевича Толстого, трилогию Горького «Детство». «В людях». «Мои университеты». Так нельзя поступать, поскольку эти произведения относятся к азам изучения русской литературы. Они достойны того, чтобы школьники о них знали.
Что-то вытеснено в зону факультатива, что-то оказалось обязательным, и отсюда, повторяю, идут бесконечные дискуссии по поводу непрозрачного списка изучаемой литературы.
Ну и ещё, конечно, очень важно – и это зависит от самих учителей – заинтересовать детей, развить вкус к чтению. Поэтому, когда ко мне обращаются из Челябинска, Новосибирска, Москвы и приглашают в школу провести урок литературы, я стараюсь отложить другие дела, приезжаю и рассказываю. Вот недавно меня приглашал челябинской лицей № 31, он физико-математический, но благодаря таланту учителей там учатся совершенно потрясающие школьники, которые живо, ярко, заинтересованно судят о произведениях, и для меня проводить урок в этом лицее было бесконечным удовольствием. Но, конечно, это подвиг учителей, поскольку государство оказывается где-то в сторонке.
Вообще нужна серьёзная система образования, нужно понять, что такие предметы, как история, литература, русский язык – это не просто какие-то гуманитарные и отвлечённые предметы, а то, что формирует личность, и в этом смысле прежде всего хотелось бы добиться внятности, определённости от государства.
Все должны видеть и знать, какие произведения входят в общеобразовательный минимум, а какие нет, иначе будет бесконечная дискуссия и волюнтаризм в каждом отдельном учебном заведении.
И, конечно, вечная и важнейшая тема – это бедность учителей. Престиж работы учителя резко упал в эти годы. Когда я пошёл в школу, к учителю относились почтительно, сейчас же всё не так. Да и деньги совсем небольшие, особенно в провинции. В Москве легче – здесь всяческие надбавки и прочее.
Главное же – психологическое ощущение, потому что люди, которые идут на эту работу и выбирают эту профессию, не должны чувствовать себя в загоне, наоборот, профессия учителя должна быть уважаемой в обществе.
Затраты на реализацию проекта «Русский глагол» частично покрыты за счёт гранта, предоставленного фондом «Русский мир»
