Алёна Шомысова
Родилась в деревне Скородум Усть-Куломского района. Окончила факультет национальной филологии Сыктывкарского государственного университета. Публикуется в журналах «Арт», «Юность», «День и ночь», «Бельские просторы», «Странник», в альманахах «Белый бор», «Перекличка», «Чаша круговая». Автор нескольких книг стихов и прозы. Лауреат литературной премии имени Александра Лужикова. Член Союза писателей России. Литературный консультант Союза писателей Республики Коми.
Живёт в Сыктывкаре.
Сон
Никого мой сон не задевает,
Я не говорю о нём нигде.
Людям всё равно, как затевают
Лёгкий танец тени на воде.
Да по-настоящему, быть может,
Я и просыпаться не хочу.
Если душу музыка встревожит –
Птицей невесомою лечу.
А глаза навстречу приоткрою
Яростному свету из окна –
Пёрышком повиснет надо мною
Дымка недосмотренного сна.
И не отступает, и витает –
Мол, бери обратно, вот он я…
Да не успеваю – снова тает,
словно тонет рыбья чешуя.
Рука
Кропотливо детская рука
скобелем срезает древесину.
Стать умельцем захотелось сыну –
он посуду мастерит пока.
Жёсткая отцовская рука
камусом отделывает лыжи:
как малой подымется повыше –
выучим на промысловика.
Что кора, ладонь у старика –
лодку ладит, будто заклиная,
чтоб когтями нечисть водяная
ей не оцарапала бока.
Тихо, словно крылья, на груди
сложит руки дед – не опускает…
Держит род его, не отпускает
на иную сторону уйти.
Земля
В облака схоронена пока
до поры до времени иного,
иногда проглядывает снова
древняя земля издалека.
Чудь на ней по-прежнему живёт,
веря своему труду и Богу.
Катится за нею понемногу
счастья колесо за годом год.
Праздники у них наперечёт
с тренью-бренью звонкою и трелью,
а как время истечёт веселью –
словно камень реку пресечёт…
Я под крики чаек у воды
день за днём по их пути ступаю,
но дорогу ветер засыпает,
волнами стираются следы.
Кровь
Как две щуки на реке большой,
если время, сходятся с любовью,
пара молодых, одною кровью
полная, сливается душой.
Рукодельем девичий сундук
день за днём исправно прибывает,
а жених пушнину добывает
и не выпускает лук из рук.
Их рода в один срастутся род.
Корня два, да плод – не полукровка.
Крепкий, точно свежая поковка,
так растёт народ, язык растёт.
Раздаётся свадьба далеко:
луг и лес – её живые части.
На молодожёнов льётся счастье –
чистое, как птичье молоко.
Маленький принц
Пристань у деревни, запах лета…
Но и в самой лёгкой голове
облачною тропкой самолёта
детство истекает в синеве.
Не ухватишь ягодой лесною,
на лугу не выловишь сачком.
Вырвалось проворной стрекозою,
было, улетело – и молчком…
Мне дверями прежними обратно
ненадолго надо бы слетать –
передумать всё, что непонятно,
жизненный клубок перемотать.
Не перелетит живая птица
через комарьё и вороньё,
кроме разве Маленького принца,
что не знал про взрослое враньё.
На какой остался он планете?
Где прижился – в городе? В селе?
Множество путей на белом свете –
все не перебродишь по земле.
Нынче утром, раскрутя вертушку,
наудачу, на кого пошлёт,
я за ним отправила игрушку –
деревянный папин самолёт.
А вернулся он без пассажира –
только шарфик алый за стеклом…
Как пожар от щепки, на полмира
осень запылала над селом.
И, хоть на причале, как вначале,
в небе заревая полоса,
не дверные петли зазвучали –
жалобные птичьи голоса…
Перевёл Андрей Расторгуев