Хорошую книгу сложно представить без конфликта. Он всему голова. Ведь именно конфликт помогает персонажам развиваться, меняться, открывать в себе новые черты, а читателю – лучше понять окружающую нас реальность. Игорь Самойлов, современный российский писатель, музыкант, это очень хорошо понимает. Потому и рассказывает о конфликтах на Хрустальных Берегах – в вымышленной вселенной, где за каждым углом может скрываться как опасность, так и благородство. О новой книге, входящей в эту вселенную, – «Аукцион на Джиннии», мы и решили поговорить.
– Игорь, не так давно вышло продолжение романа «Ёрт бы побрал этого Гвидония», за который вы получили премию «Аэлита Старт» в 2019 году. Прошло уже почти четыре года. О чём новая книга?
– О вымышленных событиях, которые, увы, происходят в реальной жизни.
– Как вы определяете жанр, в котором пишете?
– Я бы назвал его фантастическим реализмом. Где слово «фантастический» – лишь прилагательное.
– В последние годы в мире происходит всё больше и больше военных конфликтов. Влияют ли как-то эти события на созданные вами фантастические вселенные?
– Думаю, можно и так сказать. Мой роман «Аукцион на Джиннии» написан год назад, но именно в момент выхода книги в нашей земной, реальной жизни происходят события, которые аллегорически там описываются.
– Да, конфликт между Джиннией и Зайонией, двумя полюсами противостояния в вашем романе, очень сильно напоминает вспышку насилия на Ближнем Востоке…
– Литература всегда предугадывала события. Через образы, через персонажей, через аллегории, мистическим образом предупреждая о том, что может произойти. Этот самый фантастический реализм присутствует уже в моём первом романе – «Ёрт бы побрал этого Гвидония», где легко угадываются акторы современной российской – и не только – действительности. В «Аукционе на Джиннии», продолжении моей серии, он лишь усиливается.
– Получается, что «Аукцион на Джиннии» посвящён конфликту между двумя силами. На протяжении всего романа они борются, сражаются друг с другом, используют все способы для того, чтобы одержать верх и, сохранив свои позиции, стать ещё сильнее. Похожие процессы происходят и между многими современными государствами, и сложно понять, чем вообще всё закончится. Может, в мире Хрустальных Берегов существуют какие-то выходы из конфликтов? Есть ли какие-то решения?
– Это, пожалуй, самое главное. Для ответа на такие вопросы, наверное, и пишутся книги. Показать возможность. Открыть новые пути, донести какой-то новый взгляд на существующий расклад. У главных героев сложный выбор: остаться в привычной, но замшелой парадигме «враг – друг» или попытаться приподняться над этим пониманием. Увидеть, что любой конфликт имеет интересантов. Тех, кто в тени. Тех, кому война нужна для своих личных целей. Понять, что иногда нужно отказаться и от части себя, и даже от семьи и родителей, чтобы найти путь к миру. И сохранить его.
– Вселенная, где происходят события, называется Хрустальные Берега. Почему?
– Наш мир очень-очень хрупок. Он прозрачен. Он тонок и прекрасен, как хрустальная ваза. И так легко разрушить его, уничтожив эту невероятно хрупкую, нежную красоту. И герои романа делают свой нравственный выбор именно потому, что они ценят и любят эту нежность. Хрустальный мир, в котором много плохого, но и много прекрасного, чудесного, доброго, ради чего стоит принести немалые жертвы.
– В тексте «Аукцион на Джиннии» есть один очень любопытный отрывок. «Но и случайности – это лишь проявления закономерности. Так что… Хрустальные Берега потеряли смысл своего существования. Кто-то должен вдохнуть новое и осушить это болото. Деньги, наглая и жестокая эксплуатация, снова деньги, разврат, гедонизм сверх всякой меры, коррупция и гнёт системы. Ложь повсеместная и всеохватывающая… я что-то упустила? Война же являет смыслы. Она даёт ощущение причастности к чему-то большему. Она делит на до и после. Она есть великая новизна». Означает ли это, что наш мир не может существовать без войн? Что война – это органическая часть нашего мироустройства?
– Войны земные – это отражение войн духовных. Давайте просто задумаемся: когда началась первая война в новом мире, сотворённом Богом? Когда Каин убил Авеля? Или ещё раньше, с преступления Адама и Евы? А убийство Авеля – просто закономерное следствие? Мы воспринимаем войну как катастрофу, ведь гибнут люди, разрушаются города, мы теряем своё прошлое, настоящее и будущее. Правильно?
– Правильно.
– Но ведь такое восприятие войны – это относительно недавний продукт человеческого мышления.
– Почему? Ведь описанные выше несчастья – обязательный элемент любой войны с незапамятных времён…
– Сейчас объясню. В библейском мифе война органична. Бог не определяет для евреев, вышедших из Египта, тихое, бесконфликтное место. Он ведёт их на завоевание обещанной земли. Иисус Навин истребляет города вместе с населяющими их детьми и женщинами. Это нормальность того времени. Да, в общем, и с приходом Христа ситуация не сильно меняется. «Не мир пришёл я принести, но меч».
– Вы сказали: в «библейском мифе». А есть ли миф, в котором война и вообще насилие не органичны?
– Все основные мифы самых важных человеческих цивилизаций построены на насилии. Да, они могут по-разному оправдывать насилие, но никогда его не исключают. Давайте вспомним индийский эпос, в главной книге которого – «Бхагавад-гите» – Кришна объясняет царю, почему он должен воевать фактически против своих братьев. И царь идёт и убивает. Вообще, тема мифа и его влияния на человечество более подробно раскрыта в другой моей серии – «Проект 2050». Коротко говоря, мы все пленники мифа. Он тяготеет над нами, он везде и во всём. В том, что мы называем культурным кодом. И в том, чего мы иногда просто не осознаём. Редьярд Киплинг, когда писал про «бремя белого человека» и необходимость нести цивилизацию «полулюдям-полузверям», был органичен своему пониманию мироустройства. В устоявшемся мифе всегда существует разделение на своих и чужих (мы – не они).
– В тексте вашей книги есть Высшие Сидхе, особая каста существ, которая, грубо говоря, «рулит миром». Кому они могут соответствовать в нашей реальности?
– Да-а, луноликие эльфы… Они всегда правы, ведь именно они устанавливают правила. И меняют их, если нужно. Высшие по праву рождения, они дают другим возможность войти в свой клуб избранных. За особые заслуги. Почти как в нашем мире, где «неизвестные отцы» народов решают, быть миру или войне. Но, конечно, не всем это нравится. На Хрустальных Берегах зреет бунт. Вчерашние второсортные царьки тоже хотят быть луноликими. И устанавливать правила. И сколько там погибнет населения, кого это волнует? Луноликих – точно нет.
– Звучит очень мрачно. Кажется, будто никаких выходов из кризиса нет. Или, быть может, есть? Есть ли надежда?
– Конечно, есть. У всех злых персонажей всегда же имеется план. И всё идёт в точности, как они заранее определили. Им всем свойствен «синдром Палпатина»: я всё знаю, я всё предвидел… И в этом – шанс. Появятся герои, маленькие и неказистые, на которых великие не обратят внимания в силу их ничтожности. Но от них, этих невесть откуда взявшихся в нужное время лиц, от их нравственного выбора будет всецело зависеть судьба Хрустальных Берегов.
– И судьба нашего мира тоже?
– И судьба нашего мира будет зависеть от нравственного выбора каждого из нас. Качественное литературное произведение даёт возможность наполнить его своим, личным. Соотнести себя с главными героями. И выбрать сторону. Этот выбор останется в реальности. Если не в вечности.
– Так в чём же надежда?
– Надежда в том, что, пока есть любовь в мире, пусть даже самая её малость, Господь его ещё подержит в Своих ладонях.
Беседу вёл Александр Рязанцев
«ЛГ»-ДОСЬЕ
Игорь Самойлов родился в 1970 году в селе Армизонское Тюменской области. Глава культурного центра «Русская неделя». Член Союза писателей России и Интернационального союза писателей, обладатель Гран-при I Международного литературного фестиваля им. А.С. Пушкина в номинации «Фантастика» (совместно с Вадимом Пановым).
