Прошёл месяц с той окаянной ночи, взорвавшей спокойствие и мир в душах рассудительных белорусов. Почти двое суток Минск и областные центры были отданы в руки милиции. Жестокость и необоснованность применения силы при задержании, перевозке и содержании в СИЗО не поддаются никакому объяснению. Думаю, что анализ и оценка того затмения – тема разбирательств независимой комиссии.
Ежедневные протестные акции первой недели неожиданно взорвались многотысячным воскресным шествием. Это было настолько неожиданно как для властей, так и самих протестующих, что у памятника «Минск – город-герой» витала эйфория победы, а многие чиновники втихаря писали заявления на увольнение. Белорусское ТВ хранило стыдливое молчание, не замечая происходящего за окном, вернее, ему запрещали актуальные эфиры. 16 августа стало поворотным днём в сознании белорусов. Сколько в то воскресенье вышло на марш протеста, никто толком не подсчитывал. Цифры разнятся от 120 тысяч до 200 тысяч человек. Точнее сказать трудно, национальной социологической службы в стране фактически нет, независимые, насколько мне известно, не аккредитованы. Официальные данные, вызывающие ухмылку, скорее всего, рассчитаны на зарубежного потребителя, лишённого доступа в интернет, и на местное население, прикованное привычкой к телевизору.
Все четыре воскресенья мне довелось наблюдать марши протеста, что называется, изнутри. Я не хочу вступать в полемику со сторонниками концепции цветных революций, гибридных войн, вездесущих рук Госдепа или Кремля, оставлю без внимания заявления нашего министра иностранных дел о двух сотнях боевиков на территории Республики Беларусь, а также утверждения о кем-то проплаченных наркоманах и «отморозках», о «разбежавшихся крысах», злобных белорусских националистах, кровожадных поляках и прочее, прочее, прочее. Во время острых противостояний такие споры, как правило, безрезультативны и вредят всем сторонам, так или иначе вовлечённым в конфликт. Все четыре мирных шествия больше напоминали старые забытые маёвки – по своему добродушию и внутреннему духу человеческого достоинства. С такой формой протеста мне пришлось столкнуться впервые, хотя за свой век всякого насмотрелся. Признаюсь, усиленно искал в этой уверенной в своей правоте массе скрытых организаторов, проплаченных коноводов, но не нашёл. Однако категорически утверждать ничего не берусь. Безусловно, трудно согласиться с текстами отдельных кричалок и содержанием самодельных плакатов, но такое встречается часто при кризисе власти.
Допустить же наличие некоего организующего и щедрого на деньги зарубежного центра в республике при хорошо поставленной службе местного КГБ и пограничников очень трудно. Давайте не будем оскорблять служивых незаслуженными упрёками. Разветвлённую сеть вербовщиков, подстрекателей и террористов они бы никогда не потерпели рядом в стране. Всех бы давно отловили, и сидели бы мазурики стройными рядами перед телекамерами на скамье подсудимых. Но таковых пока нет.
Как военный журналист, в прошлом побывавший во многих горячих точках, не могу согласиться с облыжным очернением всех сотрудников МВД, это далеко не так. Никакие маски и броня не защитят душу и сердце, но правда солдата всегда отличалась от правды генерала. И чем дольше министерское руководство будет прятать превысивших полномочия за спины честных офицеров, тем сильнее будет расти недовольство в народе.
Странные и противоречивые чувства боролись во мне, заставляя сердце то наполняться радостью за пробуждающееся самосознание народа, то животный страх сжимал всё внутри за будущее моих земляков. С каждой неделей во мне зрела убеждённость, что без мягкого, доброго вмешательства извне разрешить этот кризис будет невозможно. Власть впала в какой-то ступор и не желает замечать происходящее, давать адекватную оценку реалиям, игнорирует требования большой части народа. Долго так продолжаться не может, палка омоновца – плохой помощник в наведении порядка в доме. Однако пока именно ей отдаётся предпочтение. Шаг за шагом управленцами разрушается то, что с таким трудом создавалось многие годы. Иногда кажется, что внутри государственного аппарата действуют некие деструктивные силы, выставляющие власть в нелепом и комедийном свете, разбивающие авторитеты, сеющие в народе рознь. В чей воспалённый мозг могла прийти мысль послать в университет сотрудников МВД без опознавательных знаков задерживать студентов прямо в учебных корпусах?
Вообще, многие эпизоды из нынешних разгонов могут войти в историю борьбы за правопорядок в Европе по части курьёзов. Вот, например, крупный милицейский начальник под камеры разбивает палкой стеклянную дверь приватного кафе, чтобы в компании людей в цивильном задержать парней. Вот ещё: молодые ребята, убегая от милиции, прыгают в реку и плывут в одежде, их спасает служба спасения на водах. На следующий день бедолаг-спасателей вызывают в отделение и задерживают: не на тот берег доставили несостоявшихся утопленников. Или анекдотичная история с подростком, влепившим пощёчину бронзовому изваянию минского городового времён Николая Кровавого; мальчишку нашли и заставили под милицейскую камеру извиняться перед истуканом. А вот достопримечательность столицы Нина Багинская, ей 73 года, лет десять пожилую женщину пытаются задержать, выписывают штрафы и отнимают национальный флаг.
Национальная символика – бело-красно-белый флаг и герб «Погоня» – на сегодняшний день является единственным поводом для задержаний и избиений. Каждое утро сотрудники коммунальных служб, МЧС и милиции тратят массу средств и сил на борьбу с «буржуазными символами». Полный абсурд. Герб «Всадник на коне с мечом» на белорусских землях используется с первой половины XIV века и официально занесён в перечень историко-культурных ценностей Республики Беларусь. Флаг был первым символом Белорусской Народной Республики в 1918 году. Именно под этим флагом в верности своему народу клялся нынешний президент Беларуси. С 1991 по 1995 год являлся государственным флагом страны. И вот кто-то решил, что этот прапор – символ коллаборантов и использовался полицаями в годы оккупации… Но так можно договориться и до того, что над Кремлём развивается власовский стяг.
В минувшее воскресенье манифестация, несмотря на изрядный дождь, была самой многочисленной, кто-то насчитал 300 тысяч, кто-то более. Но точнее всех посчитало МВД: тридцать одна тысяча! Не буду придираться, может, там всё считает бронзовый городовой. Задержания опять стали неоправданно жёсткими. Идёт колонна – рядом обязательно крутятся люди в спортивной форме, скрывающие свои лица; стоит двум-трём ребятам отстать, как на них налетают, хватают, заталкивают в микроавтобусы без номерных знаков и увозят. Кто задерживал, за что – неизвестно. По данным МВД, задержано 633 человека. Массовых беспорядков, погромов, умышленного уничтожения имущества горожан в этот день, равно как и в другие, в республике не было, а задержали более полутысячи. В интернете пишут, что в прокуратуру подано тысяча двести заявлений от избитых, но о возбуждении хотя бы одного уголовного дела не слышно.
И ещё одна отличительная черта седьмого сентября: на марше появились антирусские лозунги и разговоры, вернее, антипутинские, к России и русским отношение традиционно доброе. Люди, узнав, что ты из Смоленска, говорят в лоб: «За что ваш президент предал белорусов?», «Неужели он не знает, что у нас здесь творится?», «Мы что – уже не братья, ему арабы роднее нас, потому что у них нефть?».
В понедельник идёт дождь, город живёт своей осенней жизнью, но проблемы не решены, диалога нет, и, думаю, его не будет. Ситуация – словно на болотном пожаре. Вот уже на одном из популярных сайтов опубликован опросник, где есть такой пункт: «Готовы ли вы создавать и вступить в отряды самообороны, а также давать отпор бандитам в штатском?» Тридцать семь процентов ответили «да», а это сто шестьдесят тысяч триста девяносто человек. Страшновато.
Думаю, над выходом из этой тупиковой ситуации ломают голову и в Москве, и в Минске. Возможно, следует поручить решение вопроса органам Союзного государства. Они ведь реально есть, существует и союзный парламент, и союзное руководство, и масса общественных организаций. Пусть хоть начнут этот трудный и непростой разговор. Думаю, не следует уповать на принятие в республике новой конституции и проведении по ней открытых выборов. Многое, очень многое изменилось в стране за последние пять лет, а за последний месяц ещё больше. Кто этого не видит – непременно проиграет.
Сегодня события в Белоруссии – острейшая тема в российском информационном пространстве. Мнения порой противоположны, позиции непримиримы. Но мы считаем важным предоставить возможность высказаться авторам с разными точками зрения.
Место работы/Должность: писатель
Родился в октябре 1952 года на станции Реста (деревня Горбовичи) Могилевской области Белорусской ССР, в семье рабочего. После окончания школы — работа на Могилевском лифтостроительном заводе, солдатска...
