«Улица Весёлая», новое смеховое шоу, идущее по каналу «Россия 1» с начала июня этого года, не стало оригинальничать, претендовать на место среди исключений. Назвался грибом – полезай в кузов. Да и могло ли быть иначе? Ведь «новые русские бабки», маячащие на нашем телеэкране уже не первое десятилетие, – классики и апологеты именно такого низового юмора. Спору нет, до Comedy Club в бесстыдстве им далековато, но это, скорее всего, по причине, вполне прозаической – на иную возрастную категорию ориентируются, на другом канале работают. В остальном – всё тот же традиционный классический набор тем: тёща, секс и интеллектуальная «одарённость» современного россиянина.
«Ну, тупые» – десятилетия два подряд убеждал нас М. Задорнов, балуя байками из жизни иностранцев. Ныне в этой области, кажется, мы смогли добиться полного импортозамещения. Зачем нам недалёкие американцы, когда своего материала хоть отбавляй! Рассказы о наивных и незадачливых гражданах США полностью вытеснены сценками из жизни не отличающихся богатством извилин россиян. Тупость, жадность и вороватость сограждан – воистину неиссякаемая для нынешних российских юмористов жила.
На первый взгляд кажется, что ничего страшного здесь нет. Над тупостью и глупостью смеялись во все времена. Однако наш телевизионный смех отличается от классического. Это самодовольный жизнеутверждающий смех, смех торжествующей глупости, а не, напротив, победы над ней. Смех, отнюдь не исцеляющий и не воскрешающий к подлинной жизни. Да и с чего бы? Нынешний юмор полностью лишён этической нотки. Он пороки не бичует, не стремится выставить их в неприглядном свете, потому что вообще имеет слабое представление о том, что есть такие понятия, как «порок» или «стыд». Смех сегодня не только развлечение и отвлечение. Если бы всё ограничивалось только беззаботным времяпрепровождением, это ещё можно было бы понять и принять. Но он превратился в похвальбу глупости, подлости, хитрости, хамства и пошлости. Не ум смеётся над глупостью, добро – над злом, правда – над ложью, а одна пошлость – над другой, большее хамство – над меньшим.
Отличительной чертой «Улицы Весёлой» является пошлость во всех смыслах этого слова. Пошлость как избитость, отсутствие оригинальности, пошлость как безвкусица, сдобренная сальностями. В который уже раз хочется поблагодарить закадровый смех, только по нему и определяешь: вот это, кажется, была шутка.
Оригинального в «Улице Весёлой» мало. И оснований для обвинений в нехватке собственных идей предостаточно. Глядя на сорокаминутное шоу «новых русских бабок», не можешь отделаться от невольных параллелей. То «Уральскими пельменями», идущими по СТС, пахнуло, то «Нашей Рашей» повеяло. Но не будем вдаваться в подробности, спишем это, как в известном мультфильме «Пиф-паф ой-ой-ой», на «традицию». Одно несомненно – реет над всеми этими бабушкиными посиделками на «Улице Весёлой» тень отца-основателя специфического для канала «Россия 1» юмора Е. Петросяна. Впрочем, что толку говорить о вторичности, когда сам образ «новых русских бабок», мягко говоря, не отличается оригинальностью… При этом следует отметить, что традиций Маврикиевны и Никитичны они не продолжили. Взяли форму и вытряхнули из неё весь смысл и содержание.
Но пошлость – ещё не всё. Проблема заключается в другом – в отношении к своему делу, которое сквозит в каждом выпуске «Улицы Весёлой». Смотришь на пёстрое действо и не можешь отделаться от мысли: работают спустя рукава, не уважают зрителя – «а, так сойдёт, и это схавают». Сценки в каждом выпуске настолько незатейливы с точки зрения формы и содержания, что глазам не веришь: неужели юмор с бородой ещё востребован? Самоповторы, идущие уже со второго выпуска, навевают воспоминания о легендарных турах Жени Белоусова, разъезжавшего в начале своей карьеры с 3–4 песнями. Принципиально нового в каждом последующем выпуске нет, идёт одна перестановка слов и декораций. Не слишком ли буквально авторы шоу восприняли слово «реприза»? Приключения тёщи на отдыхе, дебют престарелого спортсмена – эти репризы за пять выпусков успели прогнать уже по два раза, сценки же из жизни простого люда «тупой и ещё тупее» и вовсе переигрываются в каждом шоу. Юмор довольно технологичен, остроты поставлены на поточное производство и изготавливаются по готовым шаблонам. Дух живой импровизации отсутствует. Не хватает естественной, хорошо знакомой многим расслабленной атмосферы непринуждённого юмора, шутки, смеха. Вместо неё – нарочитость, искусственность, надуманность ситуаций и положений.
О надуманности вообще хочется сказать отдельно. В былое время юмор всё-таки не терял связи с реальностью, воспроизводил её с большой долей достоверности, преображая отдельные её стороны в зависимости от художественного замысла. Ныне всё обстоит ровно наоборот – из жизни выхватывают отдельные детали и ими расцвечивают воображаемую действительность. Такое пренебрежение жизнью негативно сказывается на самом качестве юмора. Жизнь смешнее всякой выдумки. И новостийная лента, рассказывающая о бабушках, покупающих вечный пылесос или потребляющих за завтраком бутерброды с мёдом и героином, намного забавнее сценарных потуг.
Когда Юрий Антонов в своё время пел о том, как хорошо пройтись по Абрикосовой, свернуть на Виноградную, он ничего не говорил об улице Весёлой. Может быть, это оттого, что на самом деле такой улицы нет. А есть тупик – тупик веселья. Нужно ли сворачивать в тупик или идти дальше – это, конечно, по нынешним плюралистичным временам телезритель выбирает сам. Но вот в том, что у нас, куда ни кинься, кругом одни тупики, вне всякого сомнения, нет ничего весёлого.
Так что я бы внял совету Юрия Антонова и свернул бы лучше на Каштановую, Луговую или того пуще – Сиреневую. А вот Весёлую обошёл бы стороной. Потому что кто его знает, что за заразу можно подхватить на этих весёлых улицах.
Борис НИКИТИН