Ностальгию как социальное явление часто недооценивают. Считается, что прогресс – это всегда нечто новое, молодое, а «в карете прошлого далеко не уедешь». Что же, двигаться вперёд, к последнему морю, подобно кочевникам, оставляя позади выжженную землю? Между тем как минимум две нехудшие эпохи в истории человечества связаны с воспоминанием об идеализированном прошлом. С переживанием ностальгии, без которой не было бы ни Возрождения, ни Просвещения. Надеюсь, и нас ждёт нечто подобное, если не озвереем. Когда в 1993 году короли ТВ придумывали проект «Старые песни о главном» – они сделали ставку на постмодернизм. На иронию. Но получилось иначе: от похабной реальности «эпохи реформ» многим из нас захотелось нырнуть в советскую сказку. Искренние противники авторитаризма почувствовали угрозу: чем глубже публика погружалась в ретро – тем чаще интерпретаторы преподносили советскую реальность без «последующего разоблачения», без «стёба». Публика желает видеть в прошлом величавую (да хотя бы просто уютную!) легенду, а не кунсткамеру.
С тех пор ностальгия стала индустрией – и скромный телеканал, о котором пришло время поговорить, десять лет назад пришёлся ко двору. Это же рай земной: на плазменном телеэкране – программа «Время» с Балашовым и Брежневым, фестиваль «Песня-75» с Богатиковым… От зари до зари, от темна до темна в вашем доме работает машина времени.
Помню, с каким восторгом я смотрел по «Ностальгии» парад на Красной площади, на котором рядом с Брежневым и Косыгиным стоял товарищ Ле Зуан – генеральный секретарь вьетнамской компартии. Это он с 50-х годов пытался всколыхнуть буржуазный Южный Вьетнам – и после кровопролитной войны с американцами очутился победителем. На трибуне Мавзолея пожилые люди в булыжных шляпах улыбались флагам и транспарантам – но от вьетнамского друга на весь мир повеяло холодом. С каким ужасом наблюдала за этой картинкой Америка! Красную площадь заполнили победители и их дети. Победа для них важнее любых джинсов, любых индивидуальных гражданских свобод. На одном из съездов КПСС в зал Кремлёвского дворца съездов вдруг вошли военные и зычно заверили руководство партии, что выполнят приказ, что защитят Родину. И эту грёзу видели по каналу «Ностальгия», во времена Верки Сердючки и Фрадкова. А после парада Проханов и Доренко в эфире «Ностальгии» уже из XXI века с грустью обсуждали отмену «красного дня календаря» – 7 ноября. Лучшего пособия по истории Отечества и придумать нельзя: я бы рекомендовал «Ностальгию» для школьных коллективных просмотров.
Нам по душе и октябрьский выпуск программы «Время» 1977 года, когда принимали Конституцию – пожалуй, лучшую в истории Отечества. Нонна Бодрова возвращается в эфир! А вот и говорок машиниста Уханова, который обещает строить коммунистическое общество. Ему вторит сталевар Метревели. Депутаты с металлическими зубными коронками во всю улыбку – это вам не миллионеры из Госдумы, разодетые, как сутенёры с фешенебельных улиц. Настоящие неказистые слуги трудового народа. И среди них – представители творческой интеллигенции. Каким восторгом блеснули глаза Баниониса: «Сегодня счастливейший день в моей жизни! Эта Конституция мне дорога тем, что я как раз пришёл в театр, когда была создана советская власть в Литве. Значит, эта Конституция подтвердила мою жизнь!» Артисты умеют притворяться не хуже политиков, но я ему верю. Одно плохо: почему-то после принятия лучшей в мире Конституции основные музыкальные программы Гостелерадио начали выпускать под фонограмму… Постепенно телезрители привыкли к неестественному гладкому звучанию – а на живых концертах удивлялись: «Эх, спала с голоса певица N»…
Это фасад советской державы, на заднем дворе всё было не так благостно. Но в нынешней политической элите больше лицемеров и меньше тружеников. Больше силикона, меньше чернозёма. Сколько аварий нам придётся пережить прежде, чем сумеем вернуть тот уровень народовластия? Есть известный афоризм Черномырдина – лукавый как искусственная ёлка: «Какую партию у нас ни строй – всё равно КПСС получается». Да у них гербалайф получался, а не КПСС. Бутафория, а не «орден меченосцев». Серьёзные решения в наше время принимают не партийные функционеры, и съезды партий – не более чем шоу. Настоящие съезды – только на телеканале «Ностальгия»!
В последние годы «Ностальгию» уже не назовёшь заповедником Гостелерадио: канал осваивает и архив 90-х. Как-никак, двадцать лет прошло… Мусорный синтезаторный звук досаждает нам, отпетым партизанам ретро. Но Ельцин с Укупником – это тоже история. И мы снова видим, как распадалась страна, когда президент воевал с парламентом, генерал Дудаев говорил о походе на Москву, а на телевидении царили Богдан Титомир и Вероника Кастро. Помните, в те годы ведь и водку продавали круглосуточно, дёшево и в шаговой доступности? Влад Листьев – первый король «Поля чудес» – после августа 1991-го провозгласил: хватит политики, хватит публицистики и нервотрёпки, давайте жить красиво. Общество отвлекли от революции «Афиша и Алёна», Лёня Голубков и Луис Альберто Сальватьерра. Канал «Ностальгия» просто cвидетельствует, показывает этот манёвр, чтобы мы не забывали и не лукавили. Жаль, что так и не прошла повторно «Встреча нового политического года» от 12–13 декабря 1993 года – документальный вариант кинокомедии «Ширли-мырли». В этом шоу ключ ко всей истории 90-х… Знал бы архитектор Посохин, что в его «Дворце съездов» будут устраивать угарные пляски с Жириновским, Чубайсом и певцом Крыловым.
С каждым годом «Ностальгии» всё сложнее: за эти годы быстро разросся общедоступный интернет-архив советского телевидения. Телевизионный загон советского ретро уже не воспринимается как нечто уникальное. Придётся находить редкие плёнки – прошерстить ещё раз секретные и отдалённые архивы. Есть надежда, что где-то хранятся и «Огоньки» 70-х, и смытые телеспектакли – такие как «Смерть Сесили» с Тениным в роли комиссара Мегрэ или четырёхсерийный «Ждите моего звонка»…
Кроме архивных диковин «Ностальгия» демонстрирует и программы собственного производства, хотя их немного. Чуть ли не ежедневно в прямом эфире принимает гостей Владимир Глазунов – очень даже доброжелательный собеседник, умеющий приноровиться к фактуре и судьбе очередного героя. Он способен и концерт затеять, и спор срежиссировать. Частенько в студию звонят наши бывшие соотечественники, которым лучше других известен первоначальный смысл понятия «ностальгия» – из Штатов, Израиля, Австралии… Среди них попадаются даже ортодоксальные коммунисты. Глазунов доминирует, но заметны и другие ведущие.
Из многих телевизионных обличий Дмитрия Быкова ностальгическое оказалось наиболее выигрышным. Эрудиция, быстрая реакция, азарт. Он всё-таки советофил, хотя и с фрондёрскими замашками, отчего и переходит иногда на сторону трёх толстяков и принца Лимона. В передаче «Колба времени» многовато сложных ритуалов, а самое интересное – быковские импровизации на советские темы.
«Ностальгия» изобилует концертами и политикой. Почему-то не хватает спортивных и детских передач – мультфильмов и старых проверенных хоккейных матчей, в которых сборная СССР побеждала надёжно. Иногда звучат стихи – тут и День поэзии в Лужниках с Симоновым и Евтушенко, и Блок в исполнении Аллы Демидовой…
Жаль, что в 70-е годы никто не задумывался о сохранении телевизионного архива. Вот уж за это С.Г. Лапина упрекнём всерьёз! Сохранились все новогодние «Голубые огоньки» до 1970 года – и ни одного за 70-е годы! А ведь по каждому такому ревю в известной степени можно судить о климате, о настроениях, о надеждах страны. Даже новогодние обращения глав государства – в разные годы народ поздравляли и Брежнев, и Косыгин, и Подгорный – до сих пор не обнаружились, за исключением двух с половиной выступлений Брежнева. Великая держава экономила плёнку… Вот когда изобретут настоящую, а не телевизионную машину времени – мы перенесёмся в прошлое с записывающими DVD. И всё вернём для потомков.
Место работы/Должность: заместитель главного редактора журнала «Историк»
Родился в Москве, в семье инженеров. Окончил Литературный институт им. Горького и аспирантуру на кафедре Русской классической литературы (научный руководитель – Ю.И. Минералов). В 2000-м защитил кандид...
