Жизнь самого Распутина не делилась на творческую и личную, и эта душевная нерасторжимость выделяла его из плеяды талантливых современников; певец малой родины, он был и звучным голосом поколения. В предисловии к только что вышедшей в серии «ЖЗЛ» биографии писателя Владимир Толстой лаконично рисует портрет мастера: «Его любовь к России была чистой и истовой. Его русский язык был бесконечно богат и поражал глубиной образностью. Его гражданское бесстрашие было соразмерно его художественному дару».
Распутин очень скоро перерос литературоведческие лекала, сила его прозы и личный авторитет были таковы, что он по праву стал автором классическим, в лучшем смысле слова хрестоматийным. Но главное – он был национальным писателем, чья незамутнённая вера в Россию покорила не только соотечественников, но читателей всего мира.
«Он пришёл сказать правду извечную, выношенную поколениями… Эта правда жила в народе, но не могла широким и властным потоком пробиться в литературу. Привести её на страницах книг – на это могли решиться и старые, и молодые писатели. Но отстоять своё право на правду, не поступиться ею ни при хвале, ни при хуле могли только творцы непреклонно твёрдые», – пишет в своей книге о Распутине поэт Андрей Румянцев, учившийся с писателем в Иркутском университете и сохранивший с ним дружеские отношения на всю жизнь.
