Нового министра оценили с помощью оригинальной технологии
Небольшая статья А. Камакина в одной из газет называется «Детям о Сталине». В ней автор даёт характеристику О. Васильевой. Заметка вобрала в себя столько идей, практических предложений и способов их воплощения в жизнь, что впору объявить её энциклопедией.
Смысл написанного г-ном Камакиным сводится к тому, что всех политических (и вообще любых) деятелей в России надо оценивать лишь по одному основанию: уважают они Сталина (хотя бы за что-либо) или считают его исключительно злодеем. Вот это и есть единственный критерий оценки современных управленцев (простите, «менеджеров»!). Профессионализм работника, его опыт, успехи в деле, общественная полезность, нравственные качества и прочее, и прочее – всё это ерунда, всё это не следует принимать во внимание. Поэтому в статье Камакина о Васильевой (министре образования!) нет ни слова о том, как она оценивает ЕГЭ, болонскую систему, расплодившиеся «университеты», о её представлении о реформировании науки и т.д. и т.п. Есть только всё это заменяющее – уважает она Сталина или не уважает.
Автор пишет, что хотя она прямо и не говорит об этом, но он подозревает, что уважает. Доказательства? Пожалуйста. Она высказала положительное мнение о том, что Сталин в годы войны частично «реабилитировал церковь, русскую историю Руси и (совсем уж чудовищно! – В.С.) – понятие «патриотизм». Ну как после этого не считать, что теперь ей остаётся только, по словам г-на Камакина, «в знак признания этих заслуг реабилитировать и самого Сталина»? Правда, автор при этом оговаривается: «Нет, открыто с таким предложением Васильева, разумеется, не выступала, но, как говорится, умному – достаточно».
Признаюсь: я не такой умный, что мне достаточно, услышав оценку частного, перенести её на оценку целого. Я уж не говорю о том, что не понимаю, что же преступного в том, что Сталин в годы войны восстановил патриаршество, награждал священнослужителей орденами, вспомнил о Дмитрии Донском, Александре Невском, А. Суворове и других великих россиянах и вложил положительное содержание в понятие «патриотизм».
Укажу на ещё одну, может быть, и частную, но весьма характерную особенность статьи Камакина. Практически все его «обвинения» опираются не на доказательные факты, а на предположения, домыслы, слухи. Как признаёт сам автор: «Улики в отношении Васильевой, надо признать, в основном косвенные». И это говорится прежде всего в отношении, по его словам, «главного компромата». Будто бы три года тому назад (!) на какой-то «закрытой лекции» она «якобы сказала, что Сталин при всех его недостатках был государственным благом для страны, поскольку сумел сплотить нацию накануне войны». Не будем анализировать «преступный» характер приводимого высказывания О. Васильевной. Обратим внимания на систему предоставления фактов. «Будто бы», «якобы», по «пересказу благодарных слушателей»… (Кстати, кому благодарных?) Не напоминает ли это, уважаемый читатель, творение ещё одного, уже современного нам западного деятеля – печально известный «доклад Макларена»? Вместо достоверных жестких фактов – «можно предположить», «вызывает сомнение», «вероятно» и им подобные «доказательства».
Стоило ли вообще как-то реагировать на эту, да простят меня за резкость, мракобесную статью? Убеждён, что стоило, ибо если мы не будем давать отпор, то и у нас может появиться маккартизм российского разлива.
Владимир СОКОЛОВ,
доктор философских наук, профессор
