Виктор КАРПУШИН
Родился в 1954 году в г. Балашиха Московской области. После окончания средней школы поступил в I Московский медицинский институт им. И.М. Сеченова. Работал во Всесоюзном научно-исследовательском институте противопожарной обороны МВД РФ, корреспондентом районного радиовещания.
Член Союза писателей России с 1995 года. Награждён юбилейной медалью «М.Ю. Лермонтов. 1814- 1841 гг.», «Золотым дипломом» в номинации «Поэзия» X Международного Славянского литературного форума «Золотой Витязь».
Автор пяти книг стихотворений: «Таможенный досмотр» (1991), «Осенние сумерки» (1993), «Странник» (2005), «Береста» (2014), «Метели городу к лицу» (2019).
Стихи печатались в журналах «Юность», «Молодая гвардия», «Литературной газете», «Литературной России», газете «День литературы» и других изданиях.
* * *
Не городите огород,
Сырой листвы и так хватает.
Спешит простуженный народ,
Хотя не очень-то светает.
Но не в диковинку во мгле
Искать небесные мотивы.
И паучок повис в петле,
И преломились ветки ивы.
И поздней осени клеймо,
Пусть золотое, но туманно…
И пруд, как старое трюмо,
На свалке посреди бурьяна.
* * *
Поэт сказал: «Мне незнакома ложь…»
Года идут, спасаемся лишь верой.
С утра в окно заглядывает дождь,
И, кажется, немного пахнет серой.
Гроза прошла, рассеялся озон,
Рябины в сквере стряхивают капли.
Зато спокоен старый мудрый клен,
И только в сказках журавли и цапли.
Пусть зелье варит хмурая Яга,
Пусть кот ученый думает о вечном.
На Яузе такие берега,
Что можно выпить даже с первым встречным.
Прогноз погоды нынче не подвел:
Июньский дождь предполагает тайну,
Когда цветочек аленький расцвел,
И, кажется, что это неслучайно.
Пороша
Прими микстуру, нет, не принимай,
Зайди в подъезд, но лучше черным ходом…
В углу двора – рассохшийся сарай,
Вот только жаль, не с домофонным кодом…
Туда любой желающий войдет,
Хотя, зачем копаться в темном прошлом?
А снег идет, и завтра – гололед;
Как хороша февральская пороша!
Запороши ущелья чердаков,
Разбереди мятущуюся душу!
Прими микстуру, покорми котов,
Виолончель метельную послушай.
* * *
Есть свойство памяти – опять начать с конца,
Ах, это безобидная оплошность.
И ландыши дарить – отнюдь не пошлость,
Изображать не стоит мудреца.
Ах, лето красное, поэта не кори
За сумасбродство и непостоянство.
Пусть одуванчик с легкостью паяца
Смутит на жёлтой луже пузыри.
Летит пыльца березы и ольхи,
И, кажется, что где-то рядом Пушкин
В избушке ветхой навестил старушку,
Которая хранит его стихи.
И будет долгим тихий разговор
О Лукоморье, тяжкой русской доле.
На огороде покосились колья
И трещина в корыте – не укор.
Старик с утра забрасывает сеть,
Но рыбки золотой не видно что-то…
И бабушка не требует отчета,
Ей радостно на ландыши смотреть.
* * *
Подыскиваю ветку для дуды,
Брожу простывшим обморочным лесом,
Где зыбкий свет потерянной звезды,
Где черный лист кружится мелким бесом.
Зима прошла, но злоба, затаясь,
Глядит в глаза случайным пешеходам.
Так и живу, с утра перекрестясь,
И удивляюсь людям и погодам.
Поверь, апрель, наивности моей,
Я не нарочно гну сырые прутья!
И холодок могильный от камней
Задумчивого русского распутья.
* * *
Таинство и магия искусства,
Жаль, что декорации грустны…
Расспросить об этом Иисуса
Посреди задумчивой страны?
Тянет гарью из глухого леса,
Вянет придорожный иван-чай…
Здесь печали не имеют веса,
Здесь летит над озером – «прощай».
Местный житель с легкостью актера
Улыбнется сквозь завесу слез…
Занавес, а значит – осень скоро,
Стоит ли бродить среди берез?
Вспоминать народные поверья,
Принимать нелепость городьбы…
И плутают у плетня деревья,
И на нитке сушатся грибы.
* * *
«Конечно же, рыба важнее!» –
Сказала одна вороже́я.
А, может быть, ворожея́?
Да здравствует рыбная ловля,
Где каждый, по-своему, ровня,
Где сумерки вместо жилья…
Построен уютный шалашик,
Давай же послушаем пташек,
Надкусим сухарик ржаной.
И сбудутся давние сказки,
Смешаются звуки и краски
Под бледно-лиловой луной.
На удочку ловится вечность,
Карасик, а может, подлещик
Узнают коварство крючка?
Оставим пока кривотолки,
Шалаш не имеет защелки, –
Сквозь прутья видны облака.
* * *
Как говорится, утро брезжит,
Шуршат пугливые авто.
Стихи случаются все реже,
И не приходит конь в пальто.
Живу во власти реализма:
Коронавирус, ЖКХ…
Реки подтаявшая призма,
Шагни – полшага до греха.
И вот уже потянет в омут,
Излишни жесты и слова.
Ах, если бы байкальский омуль! –
Так, подмосковная плотва.
Но простота вполне чудесна
В провинциальном городке.
И бродит местная Франческа
По заколдованной реке.
