Виталий ЕСАЯН
Родился в Тбилиси в 1955 году. В 1979-ом окончил механико-математический факультет Саратовского университета. По профессии программист.
Стихи публиковались в альманахах «Мтацминда», «Мансарда», в коллективном сборнике «Музыка русского слова в Тбилиси», в журналаж «АБГ», «Русский клуб», «Многоликая страна» (в переводе на грузинский). Автор стихотворных сборников: «Синий полет» (Тбилиси, 1997) и «Необитаемые острова» (Саратов, 2015).
Лауреат региональных литературных конкурсов: «Турнир поэтов» памяти Николая Палькина (гран-при) и областного конкурса к 70-летию Победы в ВОВ.
В настоящее время живет в Саратове.
Молитва
Ты, видишь, Господи – я слаб,
И помоги в моем неверье,
Когда я знаю, что крылат,
То чувствую сердцебиенье.
Мне так нужна твоя ладонь,
Несущая по свету ветром,
Лишь сохрани во мне огонь
В багровом отблеске рассвета.
То, что нам в юности далось,
Когда для тьмы мы были скрыты,
Что по груди прошло насквозь,
Как след от не промытой бритвы.
Молю, как слабый человек,
Прошу, дай сил мне на сегодня –
Пока не кончился мой век
И не торопит преисподняя.
Неуклюжий стиль
Горит, как сердце под рукой,
Разбившейся любви осколок.
Он потянулся за мечтой –
Услышать снова милый голос.
Но мертво телефон молчал,
А стены, от вранья косые,
Твердят, что правильно прогнал
Любовь в года немолодые.
Зачем же там закрыта дверь?
Так сально подмигнул подсвечник,
Что в номере восьмерки две
Свернулись разом в бесконечность…
А улица, как ночь пуста
В его затерянной Вселенной,
Но чувствовал ее уста
И таинство прикосновений.
Снежинки с каплями дождя,
Пытался стряхивать, как память,
Забыв, чего во тьме он ждал
И снег с дождем ловил губами…
Сломался, как стеклянный, стих,
Как будто вновь ему семнадцать.
Тяжелый, неуклюжий стиль,
Да некогда им заниматься.
Антракт
Перо царапает и брызжет,
Прощальные слова просты,
Несовместимость наших жизней –
Прими последнее «прости».
Актриса – и в любви актриса,
Бродяга – и в венце босяк,
И завершенность этой мысли
Меня шибает о косяк.
Дай мне уйти, не хлопнув дверью,
Подняв высокий воротник,
С обрыва прежнего доверья
Душа срывается на крик.
Проклятия обычно кратки,
Я комкаю ненужный лист,
Как хорошо, что есть антракты
И мало истинных актрис.
Жестокость
Ты бьешь наотмашь, как убийца –
Слова жестоки и грязны.
И гнев недужных слов клубится –
Немилосердный дар весны.
И совпадает настроенье
Изменчивой любви с тоской,
И я совсем уже потерян
Весной, тобою и собой.
Испарина висков – прохлада,
Скончавшейся любви следы
И исчезает моя радость,
И боль, по рукоять в груди.
Маятник
Качнулся маятник веков
В истории стирая лица,
И скорбный звон колоколов
Стучит в небесные границы.
И ныне только смерть поет
Над миром, временем побитым,
Лишь атакующий полет
Оплавленных метеоритов
Удушливый приносит смог,
Где пепла бабочки порхают
И, кажется смешным итог –
Они одни не умирают.
Но плач когда-нибудь уйдет
И маятник веков затихнет,
А жесткий, многолетний лед
Тревожится пусть в снежном вихре,
Что солнце тянется наверх
И мир проснется в новой эре,
А нам, познавшим слово грех,
Лишь остается только вера.
И строгий маятник веков
Еще даст время покаянью
До радостных колоколов
И утешенья православью.
По следам командора
Немало раз по каменным глазам
Катился дождь, смывая пыль печали,
И локоны вдовы по вечерам
В молитвенном поклоне ниспадали.
Красивая, но темная вуаль
Вдовы, покрыла горе с головою,
И памятник окутывал в печаль
Живую тень над мраморной плитою.
Исчезнут, как на утренней лозе,
Две капли слез, что на губах не сладки,
И не помогут в горестной стезе,
Растаяв, как роса на винограде.
И пусть на взлете все оборвалось,
Как птица, вдруг упавшая в полете,
И каменной судьбой ворвался гость…
Все правильно в житейском повороте.
Но правота утрачивает смысл,
Когда нам говорят, что время лечит,
И, верно ли – любовь истает ввысь
Необязательностью новой встречи?
Судьба – она права и навсегда.
Но и любовь – она превыше сердца.
А где-то выше нам горит звезда
В Созвездье под названьем – Милосердье!
