Владимир КОСТРОВ
* * *
Надо будущее строить,
Надо прошлое спасать.
Гимн советскому народу
Я мечтаю написать.
Ведь победа в ратном поле
Совершалась и тогда.
По святой народной воле,
Волей божьего суда.
Чтобы будущее строить,
На костях нельзя плясать.
Гимн советскому народу
Я мечтаю написать.
Две птицы
(песня)
От начала начал до библейских времён
В синем небе воздушном земного эфира
Над землёй до сих пор
Продолжают свой спор
Чёрный ворон войны
С белым голубем мира.
С чистым сердцем встречай свои новые дни,
Но увидишь, что птицы и там непременны.
Над твоей головой будут виться они –
Белый голубь любви,
Чёрный ворон измены.
Будешь жить, наше синее небо любя,
И ценить нашей жизни любое мгновенье,
Белый голубь мечты
Не оставит тебя,
Может быть, улетит
Чёрный ворон забвенья.
Над вечным покоем
(песня)
Словно молнии, шашки над нами вились,
Есаулы казакам кричали: «По коням!»
Поразительно связана русская жизнь
С выраженьем библейским
«Над вечным покоем».
В блеске льдов, в медитациях медленных рек,
На границах гигантских хребтов равелины.
Мы бы в наших лесах затерялись навек,
Захлебнулись простором
Великой Равнины,
Если б ведали страх, обратились бы в прах,
Из которого после поднялись едва ли,
В непосильных трудах, бесконечных боях
Мы погибли бы, если б не погибали.
Наши тысячелетья в наручных часах,
Человеческий век навсегда безысходен,
Но над вечным покоем парит в небесах
Окормляющий Родину ангел Господен.
* * *
Если сердце тоскует
Без тепла и привета,
Осень вдруг нарисует
Сказку бабьего лета.
И захочется низко
До земли поклониться
Облетающим листьям,
Улетающим птицам.
И прижаться губами
В поцелуе влюблённом
К обожжённой ладони
Пятипалого клёна.
* * *
За тебя я не буду в ответе,
Без тебя не обрушится мир.
Я тебя отыскал в интернете,
Набирая случайный клавир.
Ни к кому я тебя не ревную,
Не безумствую, душу губя.
Я тебя, словно рюмку, целую,
Словно кофе, смакую тебя.
Не звездой упиваюся дальней,
Не случайною судеб игрой.
Ты всего лишь обман виртуальный,
Электронов бесчувственный рой.
Сочинять бы стихи и поэмы
И валяться с тобой на траве,
Но скрипят интегральные схемы
В окаянной моей голове.
* * *
Всё то, что так в тебе сверкало,
Каприз, порыв и глаз тепло,
Не испарилось, не пропало,
А вновь в моей душе усталой,
Как солнце зимнее, взошло.
Мне и сейчас ночами снится:
На тропке дымные следы,
Цветёт сирень, щебечут птицы,
И наливаются плоды.
Всё-всё, что было настоящим,
Навек останется со мной.
Как тот манящий и пьянящий
Неповторимый запах твой.
* * *
Беру костыль: опять меня мотает,
И самому себе твержу: держись!
Презренного металла не хватает
На скромную оставшуюся жизнь.
И точно, не оставлю я наследства.
Благодаря аптекам и врачам
Мне много лет. И я впадаю в детство.
Но мама не утешит по ночам.
Но продолжает божий мир вращаться,
Наркоз стихов кончается уже.
И лишь душа не хочет возвращаться,
Таится, словно утка в камыше.
Мир полон и больных, и без гроша,
Но унывать – не стоящее дело.
И потому прошу тебя, душа,
Не покидай страдающее тело.
* * *
Гневно ропщем, грозно свищем,
Бьёмся как боевики.
Есть смиренное кладбище
Возле Сетуни-реки.
Незаконченная драма
Здесь печальна и проста.
Спустишься к мосту от храма –
Это справа от моста.
Здесь ещё витают музы,
В речке тихая вода.
Как ни ссорятся союзы –
Здесь спокойно навсегда.
ПОПЛАЧЬ, ЛЮБИМАЯ, ПОПЛАЧЬ
Песня из кинофильма «Юнкера»
Поплачь, любимая, поплачь.
Меня в поход позвал трубач.
Иду дорогой полевой
За дымной славой боевой.
Но лунный свет твоих волос
И серебро девичьих слёз,
Как несказанную красу,
Я на погонах унесу.
Играет румянец на юной щеке.
Играет звезда на гранёном штыке.
И кровью смывает с крестов имена.
Россия светла, да темны времена.
Какой поэт в каком веку
Напишет слово о полку?
И воспоёт какой певец
В крови терновый наш венец?
И новой славой окрылён,
За батальоном батальон
Уйдёт в небесные поля –
Жила бы ты, моя земля.
Играет румянец на юной щеке.
Играет звезда на гранёном штыке.
И кровью смывает с крестов имена.
Россия светла, да темны времена.
Походная песня – последняя весть.
Да крест над могилой – последняя честь.
Когда совершится Господен Завет,
Мы встретимся вновь через тысячи лет.
* * *
Ну вот и снова осень, господа,
Предзимние готовя переделки.
Стучит в окно небесная вода,
И яблоки сияют на тарелке.
На переезде, устремляясь прочь,
Огни машин пускаются вприсядку,
А электричка прошивает ночь,
Соединяя чёрную «канадку».
О, не впервые эта кутерьма,
Но жизнь жива, ей хочется согреться,
Мы знаем все, что впереди зима,
Но от зимы земле не отвертеться.
* * *
Года идут с неумолимой скоростью,
Не получается благополучие.
Но в междуречье Сетуни и Сороти
Мне слышатся и чудятся созвучия.
Казалось бы, уж столько отмахали мы,
Но жизнь полна забавными проделками.
А если б Пушкин по пути в Михайловское
Ошибся и заехал в Переделкино?
И обязал нас –
Каждого по совести –
На Сетуни работать
И на Сороти.
