И накопленный опыт оборачивается неожиданными выводами.
Философия, например, начинается с демократии, но не остаётся в её пределах, потому что ищет не многообразия мнений, а истины, обязательной для всякого разумного существа, а потому ограничивающей пространство философии. Тупик? Бадью верит, что нет, но для этого надо идти по пути справедливости. Хотя надо отдавать себе отчёт, что в той же политике справедливость «представляется порой в качестве вынужденного обстоятельствами союза добродетели и террора».
И вообще не стоит себя тешить иллюзиями о совершенном мире. «Цена, которую приходится платить за нашу любимую свободу в западном мире, состоит в чудовищном неравенстве… С философской точки зрения в современном мире нет никакой справедливости. Соответственно мы никак не можем считаться добродетельными в том смысле, в каком его, это слово, понимали наши великие предшественники – романтики-революционеры». А отказ от надежд на справедливость и добродетель ведёт к тому, что современное общество опускается в коррупцию и не желает ничего больше.
Причём под коррупцией автор понимает не только «всевозможные хищения, которые поддерживаются капиталистической экономикой», но и «умственное разложение», которое принуждает соглашаться с таким мироустройством, и не просто соглашаться, но и вести войну с теми, кто против «отвратительного самодовольства», с которым провозглашается превосходство капиталопарламентаризма.
И главная проблема сегодня – поиски новой политической смелости, которая приведёт к возможности развития и движения жизни.
