Любопытно не то, что певец Малежик пишет книги, а то, что он умеет писать. Это редкость среди представителей эстрады, за которых обычно пишут нанятые «литературные негры». Если же по причинам скаредности или самонадеянности звезда отказывается от услуг компетентных авторов со стороны, то получается совсем печально, как у Макаревича, книги которого можно читать только по приговору суда. А вот книга Малежика действительно хороша. Правильный русский язык, тонкая ирония, простоватые с виду, но забавные рассказы, тихая лирика. Что ещё нужно читателю, чтобы отдохнуть от тяжёлых новостей и политических баталий, которыми перекормили нас СМИ? Иной раз хочется обычных человеческих историй, в меру грустных, в меру озорных. Писатели в погоне за премиями и скандальной славой часто забывают о запросах среднестатистического россиянина, стремясь закрутить сюжетец побрутальнее. А людям этого порой совершенно не нужно. Потому, наверное, таким спросом пользуются рассказы Шукшина о тихих провинциальных чудаках, в то же самое время раскрученные и обласканные литературной тусовкой авторы популярны лишь в узком кругу «продвинутых».
В книге Малежика около 20 рассказов, а также два с небольшим десятка стихотворений, некоторые из которых являются песнями. Сюжеты прозаических произведений в большинстве своём незамысловаты – это обычные житейские истории, но тем они и интересны. Малежик рассказывает забавные случаи из своей жизни, но так, что личность самого автора как бы отходит на второй план. На его месте мог бы оказаться любой другой человек. Повествование от первого лица здесь только литературный приём, вот почему это не нонфикшн, а художественная проза в её классическом понимании. Разумеется, нет смысла пересказывать сюжеты, хотя... Вот рассказ «Кое-что о покрое брюк», в котором автор рисует портрет горе-героя-любовника, своего давнего друга, не угомонившегося и в пенсионном возрасте. В «Ведьме» речь о моде на экстрасенсорику и колдовство, о том, при каких обстоятельствах Малежику доводилось общаться с «народными целителями» и что они собой представляют. А название «Диалог, который вполне мог произойти в нашей квартире после очередной моей попытки выйти во Всемирную сеть», говорит само за себя. Впрочем, нет, не говорит. Автор на самом деле дискутирует не с женой, а с компьютером, требующим от него забытого пароля для входа в интернет.
Что касается стихов, то они выполнены в том самом «фирменном стиле Малежика», к которому мы привыкли за долгие годы. Это очень близко к романсу, но и влияние авторской песни здесь можно проследить, и – это видно по текстам – классической русской поэзии:
И пускай огрызались метели,
И в трубе бился узником ветер.
Мы друг другу на ушко пели,
Что тебя нет прекрасней на свете.
Как и в прозе, в поэзии Малежику чужды резкие движения. Он просто пишет стихи. И это у него получается:
Русский двор, где русская душа
навсегда сумеет отогреться.
До чего ж закуска хороша...
И, как в детстве, радуется сердце.
Иван СЕРЕДИН