В середине октября сразу три силовых ведомства США выпустили доклады об угрозах безопасности в связи с глобальным потеплением – Совет национальной безопасности, министерства обороны и внутренних дел.
Даже краткий перечень угроз впечатляет: обострение конфликтов внутри стран и между ними, неконтролируемая миграция из районов, подверженных природным катаклизмам, нарастание всеобщей военной напряжённости и финансовые кризисы. Такие, к примеру, страны, как Ирак и Алжир, столкнутся с резким падением доходов при небывалой засухе и неурожаях. Нехватка воды становится дополнительным мощным катализатором военных конфликтов на Ближнем Востоке. Количество перемещённых лиц в Африке, Южной Азии и Латинской Америке может достичь к 2050 году 143 млн человек. Вполне предсказуемо обострение конкурентной борьбы за ресурсы, в первую очередь рыбные, в связи с таянием льдов в Арктике и Антарктике.
Когда отечественной политической разведкой руководил Е.М. Примаков, аналогичные доклады СВР тоже были ежегодными, но теперь от этой практики, видимо, отказались. Глобальное потепление с некоторых пор стали рассматривать как позитивную перспективу для наших широт: незамерзающий Севморпуть, растущие урожаи и тому подобное. Реальность оказалась менее радужной. Одно только таяние вечной мерзлоты, по подсчётам Минвостокразвития, ежегодно влечёт для нас потерю от 50 до 150 млрд рублей. И этот показатель будет неуклонно расти. Мы всё чаще узнаём о чудовищных нефтяных разливах, но страдает не только нефтегазовая инфраструктура. На вечной мерзлоте в России стоят Якутск и Норильск, стоят дома почти двух миллионов горожан, и стоят всё менее прочно.
На «Российской энергетической неделе» в середине минувшего месяца наш президент объявил, что страна берёт на себя обязательство достичь углеродной нейтральности не позднее 2060 года. Внося таким образом, по словам Путина, свой вклад в решение «общей задачи всего человечества»: у национальной проблемы таяния вечной мерзлоты и других климатических угроз нет полноценного национального решения, преодолеть их можно только во всемирном масштабе.
Институты, предназначенные для принятия таких решений, уточняют: во всемирном масштабе и при комплексном подходе. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш в сентябре представил доклад, озаглавленный «Наша общая повестка дня». Человечество ныне в той точке, откуда лишь две перспективы, настаивает Гутерриш, – либо прорыв, либо провал. Или экологически чистое и безопасное будущее, или крах цивилизации и погружение в перманентный кризис. Залог успешного прорыва – глобальная солидарность. Солидарность Севера и Юга, развитых и развивающихся, солидарность социальных групп, прежде доминировавших, и тех, что были ущемлены. Обеспечить такое единство можно, лишь сокращая разрывы между ними. А значит, нужен новый миропорядок и новая экономика, нужен повсеместный переход от диктата сильных к гармонизации.
Готовы ли к этому сами сильные? Накануне саммита G7 летом нынешнего года экономическая консультативная группа при «Большой семёрке» предложила идею «корнуэльского консенсуса» взамен прежнего, «вашингтонского»: стоящие перед миром задачи обеспечения безопасности – экологической, продовольственной, здоровья – слишком серьёзны, частный сектор не способен самостоятельно формировать экономику устойчивого развития, государства должны превратиться из сторонних наблюдателей за рынками в главных акторов экономической жизни.
Итоговые документы самого саммита оказались в этом смысле куда как скромны. Что же, косность почти всегда сопутствует политике. Но время не терпит, время требует ответа. И ответ этот будет так или иначе вынуждено дать уже нынешнее поколение политических лидеров.
