Век любви и беды

Магомед Ахмедов

Элегия Саният

Коль ищешь меня ты –

на небо живое смотри,

Летят облака там,

у них мои строки – внутри!

Зови моё имя,

любви своей имя зови!

Как солнечный дождик,

стихи о тебе, о любви.

Умыты дождём,

пусть тебе улыбнутся слова,

Цветочная грусть их,

как радуга в росах – трава!

Пусть сердце вдруг вспомнит,

вернёт позабытые сны,

Где светятся полднем

былые цветы тишины.

Коль к Богу с мольбой обращаясь,

ты шепчешь в тиши

Молитву, как чудо –

небесную тайну души.

У речек бурлящих,

у тихих лесных родников

Любовь – не кричаща

теперь и во веки веков!

Не спрашивай только

случайных людей обо мне.

Я жил вместе с ними,

но кажется всё же, что – вне.

Им дух мой – неведом,

и песни мои им чужды.

Хоть был им соседом

по веку любви и беды.

Коль ищешь меня ты –

то в сердце своё погляди,

Биеньем подскажет оно

неземные пути…

Я с Пушкиным рядом

ложусь в окровавленный снег.

И Лермонтов – тоже,

Машук со мной тоже – навек!

В аварском ауле

на лестнице старой в крови

Стою я с Махмудом,

где в спину стреляют – свои!

На крик твой оттуда

я выбегу, но не взыщи –

Средь нынешних жителей

всё же меня не ищи.

Их глупость, как пуля,

меня убивала не раз,

От их равнодушья

я вновь умираю сейчас.

Есть голос любви –

вот, родная, за ним и иди!

Один Дагестан у меня – позади,

и один – впереди!

Я здесь, я в Гунибе,

и рядом Шамиль, он живой,

На зов Ахульго

мы ответим своей головой!

Коль ищешь меня ты,

гляди в неоглядную даль –

Гора Арафат там,

там сердце моё и печаль…

Средь новых людей

не ищи меня, я уже – там,

Я в Мекке молюсь,

я в мечети молюсь Аль-Харам.

Пред Богом стою я,

где в этот таинственный час

И слёзы мои

совершают священный намаз.

Перевела Надежда Кондакова