Анна Матвеева
Юрий Стоянов. Игра в городки.
– М.: РИПОЛ классик, 2025. – 400 с.
Девяностые, говорят, возвращаются. Мода на них, во всяком случае, уже вернулась. Чем люди занимались в те лихие годы, вспоминается сегодня то с удовольствием, то с ужасом. Я отлично помню свои девяностые, и там совершенно точно была телепрограмма «Городок», где два лицедея – с виду строгий, похожий на Максима Горького Илья Олейников и несколько округлый Юрий Стоянов, которому бесподобно удавались образы проводниц и буфетчиц, умудрялись рассмешить даже в такой день, когда всё было, мягко говоря, не очень. Я обожала «Городок», потому что это было не просто смешно, но тонко, умно, талантливо, на грани, конечно, добра и зла и в сантиметре от пошлости (сантиметр не был преодолён ни разу, насколько я помню). Потом Ильи Олейникова не стало, а Стоянов превратился в успешного киноартиста, ради которого можно посмотреть не самый удачный фильм («Я иду на эту картину только ради Стоянова», – сказала как отрезала одна моя пожилая знакомая). И ещё он написал книгу – уже не первую, кстати! – с хорошим названием – «Игра в городки».
«Зачем я всё это пишу?! – думал я, засыпая. – Моя работа – играть в театре и в кино, делать то, что я умею хоть чуть-чуть лучше других. Со свечами или без свечей, Пушкина из меня не получится. Я его уже на 23 года пережил. Я женат в третий раз. И у моей жены я третий муж. И никто никого не вызывал на дуэли. Слава Богу, все живы. Я зарабатываю за один съёмочный день или за один концерт столько же, сколько мне заплатили за предыдущую книгу.
Так зачем же, – спрашивал я себя, – я этим занимаюсь с упорством, достойным лучшего применения, третий год подряд?! Ради этого душевного зуда во время сочинительства? Или ради почти алкогольного возбуждения, когда рассказ уже окончен? А не начинает ли ЭТО заменять мне аплодисменты? Зачем?
Нет ответа. И я заснул».
Хороший вопрос, кстати: зачем неписателям писать книги, а издателям – выпускать их в свет? В последние годы уже даже ленивый опубликовал мемуары и полное собрание сочинений, а теперь готовит избранное. И на возраст здесь не всегда кивнёшь – ещё вполне молодые люди, добившиеся в чём-то успеха, спешат поделиться своим мнением по разным вопросам, рассказать интересный случай и показать красивые фотки, и чтобы всё это непременно вошло в книгу. Причина всеобщего интереса к изящной словесности, как мне кажется, кроется в читательских вкусах. Документальная литература давно уже победила художественную – сначала это произошло на Западе, теперь у нас. Выдуманные кем-то миры интересуют широкие массы читателей куда меньше, чем реальные истории реальных людей (пусть даже там половина вымысел – неважно!). Пишут их потому, что у таких книг есть – и будут! – читатели. Другое дело, что не каждому выдающемуся человеку удаётся справиться с чистым листом – это же очень коварная штука, литературное творчество. И здесь на помощь приходят специально обученные люди – редакторы, продюсеры, писатели, работающие под прикрытием. И пусть приходят! Так ли важно, сам ли герой написал свои мемуары, если вышло интересно и автор с читателем всем довольны?
Впрочем, в случае Юрия Стоянова почти нет сомнений, что текст писался им собственноручно. И это очень хороший текст – весёлый и печальный, о прошлом, о будущем – и немного о настоящем. Всё, как мы любим. Вот как, например, Стоянов рассказывает о съёмках фильма «Заяц над бездной» Тиграна Кеосаяна: «Оператором-постановщиком был фантастический, легендарный Игорь Клебанов. По умению выстроить свет и построить картинку – второй в мире! Первый – Рембрандт. Сняли дубль, и Игорь говорит про меня Тиграну:
– Слушай, Тиграша! Я думал, он клоун, а он серьёзный артист!
– Игорёк! – отвечает Тигран. – Вообще-то клоун – это высшая ступень в актёрской профессии.
Во как!
Кстати, именно этот эпизод в фильм не вошёл. Я спросил Тиграна: «Почему?» – а он ответил: «Там было много клоунады!»
Таких историй в книге множество, и тем не менее это не сборник гастрольных баек, чего подсознательно ждёшь от книги артиста. Здесь всё проникнуто не только идеей кого-то повеселить, но прежде всего желанием поблагодарить тех, кто был рядом на протяжении многих лет. Маму, папу, друзей детства, Илью Олейникова – незабвенного «Илюшу», уход которого и теперь ощущается живой болью. Аккомпаниаторы, костюмеры, осветители, ассистенты – Юрий Николаевич не забыл, кажется, никого, и даже имена важных для него людей выделены в этой красивой книге жирным шрифтом. Ну а истории в ней собраны действительно невероятные – чего стоит, например, рассказ о том, как Стоянов пародировал Брежнева перед… Брежневым. А сага о челноках в Польше? А полная история «Городка», названного, чтоб вы знали, в честь романа Фолкнера? И всё это написано лихо, остроумно, с непременной лёгкой слезинкой в финале – такая бывает и от смеха.
В общем, пишите ещё, Юрий Николаевич, и не мучайтесь вопросом, зачем вам это нужно.
Это нужно нам.
Матвеева Анна
