Возвращение из забвения

Михаил Никифорович Катков был мифом, «богом» и горою в своё время. Его «Московские ведомости» постоянно читали цари Александр II и Александр III, считая их «своей» газетой. Победоносцев, обер-прокурор Синода, признавал, что «были министерства, в коих ничто важное не предпринималось без участия Каткова». Публицист Константин Леонтьев предлагал поставить ему памятник в Москве рядом с пушкинским. И на его смерть Александр III написал в телеграмме: «Россия не забудет его заслуг».

Но в той же записи Розанов замечает, что о Каткове никто не вспоминает: «Горько. Горько и страшно». И ещё: «Поразительно, почти великий человек – он не оставил памяти. Его не хотят помнить. Ужасно!» Ну а после 1917-го Каткова, по сути, просто вычеркнули из прошлого России: Ленин заклеймил его, назвал националистом, шовинистом и черносотенцем и тем самым сделал историческим изгоем.

«Приговорённый к забвению» – характерное название одной статьи о Каткове. От прежней идеологии в России отказались, но возвращать это имя на заслуженное важное место в истории страны наше общество не спешит. И лишь усилиями узкого круга энтузиастов происходит возвращение Каткова.

В 2007 году, через 120 лет после кончины литератора, в Москве, в зале церковно-приходской школы Алексеевского женского монастыря прошли I Катковские чтения. Их организовал и возглавил духовник обители протоиерей Артемий Владимиров. И теперь каждый год всё ещё пока немногочисленные ценители этого великого русского журналиста собираются в том же месте почтить его память. На днях состоялись VIII чтения.

По обычаю отец Артемий в храме Всех Святых совершил панихиду по Каткову. Михаил Никифорович был щедрым дарителем храма и похоронен на кладбище Алексеевского монастыря. Увы, оно было уничтожено вместе с обителью в середине 20-х, говорят, по причине того, «что там было похоронено много «мироедов» и «царских сатрапов», а потому могила, на которой прежде стояло распятие, не сохранилась. Даже тут память о Каткове была стёрта.

Открывая чтения, протоиерей Артемий Владимиров сказал много добрых слов о недавно ушедшем замечательном литераторе Станиславе Стефановиче Лесневском, зачинателе чтений. Магистр богословия протоиерей Валентин Асмус посвятил выступление теме «Катков и монархизм».

Доктор филологии Александр Николаевич Николюкин (вернувший российскому читателю много ценного из литературного наследия Каткова, подготовив шеститомник его сочинений) рассказал о взаимоотношениях Каткова и Победоносцева. Вместе они сыграли важнейшую роль в решении императора Александра III отказаться 8 марта 1881 года от преобразований, предложенных либерально настроенными министрами, которых назначил его отец, только что убитый террористами. Тема доклада шеф-редактора журнала «Литература» Сергея Дмитренко – «Катков и Салтыков-Щедрин». Взаимоотношения редакторов соперничающих журналов «Русский вестник» и «Отечественные записки» были сложны, доходя до полной враждебности. Характерны слова Щедрина в письме после смерти Каткова: «Гаже этого человека нельзя себе вообразить». Подобные оценки в России и возобладали, и забыли на век великого деятеля, основателя нашей политической прессы.

Выступил в чтениях и автор этой заметки, тема – «Актуальность публицистики Каткова в современной России». Злободневность текстов Каткова поражает: можно печатать целиком большие отрывки из его статей, и читатели даже не заметят, что они писаны в XIX веке. Возникает впечатление, что русская история творится под мощным воздействием таинственной матрицы, и события будто ходят по кругу, потому и суждения о них не устаревают. Или Промысел возвращает нас к давним проблемам, чтобы мы нашли решения гораздо более лучшие, чем найдены в прошлом? Ведь и тогда Запад был настроен враждебно к России, и тогда в стране было сильно либеральное сообщество, отличавшееся русофобией и страстной любовью ко всему европейскому, и тогда государству грозило разрушение, что и случилось в 1917-м.

Константин Леонтьев был прав: должен быть памятник Каткову в Москве. В феврале 2018-го исполнится 200 лет со дня его рождения – к этой бы дате и поставить. У Дома редактора на Страстном бульваре, 10, где он жил и где была редакция «Московских ведомостей». А чтения Катковские должны проходить в больших залах, собирая не десятки, а сотни его почитателей.