Анна Матвеева
Оливия Лэнг. Сад против времени. В поисках рая для всех / Пер. с англ. Натальи Сорокиной.
– М.: Ад Маргинем Пресс, 2024. – 256 с.: ил.
В самый разгар пандемии британская писательница Оливия Лэнг купила старый дом в графстве Саффолк. Её, впрочем, интересовал не столько дом, сколько сад, разбитый здесь известным садовником Марком Румэри. Этот некогда роскошный сад был многие годы заброшен и находился в удручающем состоянии, но Оливия решила вернуть его к жизни, не догадываясь, что этот долгосрочный проект приведёт к появлению медитативной и какой-то очень целительной, витаминной книги.
Что такое сад, спрашивает саму себя и всех нас Оливия Лэнг. Рай для всех или для избранных? Каким он должен быть? И почему в тяжёлые, невыносимые времена нас особенно тянет быть ближе к природе, растениям, земле?
«Меня вымотали новости с их вечным мучительным «сейчас», – пишет Оливия. – Мне хотелось не просто отправиться в путешествие назад в прошедшие века. Мне хотелось другого понимания времени – такого, которое движется по спирали или по кругу, бьётся между разложением и плодоношением, между светом и тьмой. Я даже смутно подозревала, что садовод посвящён в иное понимание времени, которое может помочь предотвратить апокалипсис, к которому мы, очевидно, неуклонно стремимся. Мне хотелось копнуть глубже и посмотреть, что там можно найти. Мы все знаем, что сад хранит тайны, что там зарыты частицы, которые могут вырасти во что-то странное или проклюнуться в неожиданном месте. У сада, который я выбрала, есть стены, но он, как и любой сад, открыт миру и неразрывно с ним связан».
Много ли мы знаем о садах? Есть отечественные коллективные сады, которые нередко называют участками, есть роскошные дворцовые – Версаль и иже с ним, французские (упорядоченные, с партерами, кустами и деревьями строгой стрижки) и английские (буйные, живые, вписанные в природу так, чтобы от неё не отличаться). Есть, наконец, hortus conclusus – прообраз монастырского клуатра. Ну и, разумеется, Эдем – потерянный рай, являвший собой не что иное, как сад, по мнению Оливии Лэнг. В своей книге, прекрасно выстроенной или даже разбитой на манер сада, между описанием выкорчёвывания старых деревьев и прополки сорняков автор исследует историю английских садов со времён Мильтона и Джона Клэра. Два этих великих поэта, два Джона, стали главными героями книги наряду с плющом, пионами и пеларгониями, они и их сады, а также сады двух Моррисов – прерафаэлита Уильяма и ещё одного художника и садовника Седрика (не поленитесь найти в Сети работы Седрика Морриса, обожавшего ирисы и выведшего тысячи гибридов этого изысканного цветка). Сад для героев этой книги оставался порой единственным лечением от одиночества и даже смыслом жизни. Джон Клэр, теряя рассудок, писал своему врачу: «Где цветы, там Бог, и там я свободен».
Оливия Лэнг возрождала свой сад в тот период, когда ей, как и многим, было не за что уцепиться – парализовавшая весь мир пандемия, тревожные политические новости, общая потеря устойчивости, ориентиров. Ещё, конечно, как всегда, личные неурядицы, болезни близких – здесь каждому найдётся, что добавить к списку… Лэнг не из молчаливых «терпил». В её биографии есть такие страницы, которые не сразу и осмыслишь. Она прошла и через детские травмы, и через юношеские протесты, но рядом с ней всегда был сад, точнее, мечта о саде. Любовь, даже, точнее, страсть к растениям у Оливии от отца, гулявшего с маленькой дочкой в лучших садах Британии. Так, из давным-давно посеянного семечка проросла привязанность на всю жизнь – и не зря Лэнг в благодарственном послесловии называет свою книгу «плодом».
«То детство, каким оно было у меня, оставило во мне жажду, постоянно свербящую нужду иметь место, которое было бы безопасным, диким, неопрятным, благосклонным и прежде всего личным. Я хотела дом, это понятно, но необходим мне был сад».
Лэнг в её садовых трудах помогал муж Иэн, кембриджский профессор, не убоявшийся физического труда. Сад – это же в первую очередь тяжёлый ручной труд, и, прежде чем увидишь перед собой клумбу своей мечты, придётся долго копать, рыхлить, мульчировать почву, пересаживать растения, лечить их… Но именно в процессе этой работы к писателю приходят порой самые лучшие мысли, да и не только к писателю. Сад меняет человека. Преображая природное пространство, мы меняем себя и тем самым побеждаем безжалостное время. Деревья, посаженные давным-давно старым садовником, всё ещё живы – их надо лишь отыскать, да и некоторые цветочные луковицы ждут нужного часа, чтобы проклюнуться… Оливия Лэнг называет свою книгу «открытым садом, рвущимся через край». И тут же добавляет: «Такая еретическая мечта, рай для всех. Выводи её на воздух, вытрясай семена».
Матвеева Анна