Елена Бобкова, собкор «ЛГ» в ДНР, Донецк
Казалось бы, 12 лет по меркам истории – мгновение, но при этом невозможно избавиться от ощущения «неужели так много времени прошло». И вспоминаешь 2014-й как год судьбоносных событий, год, в котором содержатся ответы на многие вопросы дня сегодняшнего.
По сути, свой исторический выбор Донбасс определил ещё 11 мая 2014-го на референдуме о государственной самостоятельности республик. Тогда в ДНР 89,7% проголосовавших поддержали независимость от Киева. Осенью жителям Донбасса предстояло не просто выбрать руководителей. Они пытались придать власти законность и главное – остановить войну.
Дончане шли на участки с надеждой, что вопрос противостояния с Киевом (где, напомним, произошёл госпереворот) можно решить мирно. Надеялись на признание воли народа, перспективу сесть за стол переговоров и прекратить кровавую бойню.
В ДНР кандидатов на пост главы было трое: премьер-министр Александр Захарченко, спикер парламента Александр Кофман и депутат Юрий Сивоконенко. Победа Захарченко оказалась убедительной: он получил более 80% голосов. Поддерживающее его общественное движение «Донецкая Республика» набрало 65,11%, «Свободный Донбасс» – 34,89%.
Александр Захарченко был фигурой противоречивой, но для Донбасса – своей. Он не прятался в высоких властных кабинетах, не раз оказывался на передовой, участвовал в боях, был ранен. В народной памяти он останется Батей – человеком, который в самые тяжёлые месяцы взял в руки оружие и пошёл защищать родную землю.
Вообще именно восставший Донбасс вернул в политическую реальность понятие «народ». Не население, не электорат, не безликую массу – именно народ. Из этой людской стихии вышли лидеры Русской весны: Мозговой, Дрёмов, Павлов, Толстых, Болотов, Захарченко. Все они впоследствии погибли.
На выборы приехали международные наблюдатели из Италии, Испании, Австрии, Бельгии и США. Депутат Европарламента Жан-Люк Шаффхаузен заявил, что голосование проходит честно и нарушений он не заметил. Австрийский наблюдатель Эвальд Штадлер прямо сказал: Киев потерял сердца жителей Донбасса и после войны уже не вернёт их.
Киев и его европейские покровители признать результаты отказались. Выборы объявили противоречащими Минским соглашениям. Пётр Порошенко потребовал отменить закон об особом статусе Донбасса, а европейские и американские чиновники заговорили об угрозе «мирному процессу».
Впрочем, сейчас очевидно, что «мирный процесс» был лишь на словах. Донбасс, по сути, голосовал за переговоры, а Киев – за продолжение войны. Вскоре стало ясно: с избранными главами Донецкой и Луганской республик разговаривать в Киеве никто не собирается, а Минские соглашения будут использоваться как политическая декорация.
При этом в риторике официальных российских СМИ ДНР и ЛНР нередко продолжали фигурировать как «самопровозглашённые». Показательна и реакция российского МИДа, который заявил: «Мы уважаем волеизъявление жителей юго-востока Украины».
По этой формулировке можно судить о том, на что рассчитывала Россия в 2014-м, а именно на мирное решение, на поиски формы сосуществования «юго-востока» с новой украинской властью. Сейчас высказывают разные мнения о позиции Москвы в то время, кто-то говорит о нерешительности, кто-то – об «искусстве возможного». Владимир Путин, размышляя об историческом периоде, предшествующем СВО, высказался так: «Если бы можно было посмотреть на ситуацию, зная то, что сейчас происходит, в 2021 или 2022 году, я бы подумал, что такое решение, которое было принято в начале 2022 года, нужно было бы принимать раньше».
За выборами в 2014-м последовали очень непростые, драматичные, трагические годы, во многом – годы исторического безвременья. И только через восемь лет Донбасс, наконец, стал частью России.
