Взгляд и чувство

Максим Замшев

Лилия Тетерина. Эстетика момента. Пейзажная лирика. Проза.

– М.: Издательство «У Никитских ворот», 2025. – 56 с.: ил.

В этой небольшой книге Лилии Тетериной нашлось место и для стихов, и для прозы. Автор разместил их так, что одно видится продолжением другого. Часто доводится слышать, что стихотворные и прозаические тексты размещать под одной обложкой не всегда художественно эффективно, но Тетерина доказывает нам обратное: эстетическая связь двух жанров тут очевидна. Тексты, как капли дождя, пронизанные солнечным светом. В каждом – впечатление, эмоция, лирически сгущённая и сильно действующая на читателя.

Трава ещё не вся пожухла, запах пряный

и свежестью морозной подкрахмален.

С первого стихотворения мы настраиваемся на прихотливый синтаксис, на то, что будем плыть по волнам этого ритма, и сердце будет замирать от непредсказуемости и несимметричности каждого поворота. Ни одна мелочь природы, ни одно движение внутри себя автор не считает незначительным. Всё – часть эстетики.

Технически Тетерина – поэт весьма оснащённый. Она использует техники стихосложения разной плотности, от размягчённой, волнообразной, как в приведённом примере, до сжатой, точной, предельно сфокусированной:

Невесомый, мягкий, чистый,

В россыпи пушистой стаи,

Под мелодию хориста

Сонный город укрывает.

Здесь мы слышим музыку, которая звучит вместе с текстом, расширяя художественное пространство. С первых страниц произведения сопровождают иллюстрации. В них та же эстетика, что и в книге, та же система впечатлений, где собственное впечатление важнее всего. Эти работы импрессионистские не по методу, а по сути.

Темы Тетериной таятся в глубине, они не на поверхности. Текст сразу вовлекает читателя в работу, увлекает в строй ассоциаций и образов. Шаг её образов порой непривычно большой, и она в мгновение ока проходит ту образную дистанцию, на которую другим требуется время.

…Образовали плотные гирлянды.

Торжественным казался зимний день,

И чувствовался запах нежно-пряный,

Как будто зацвела в снегах сирень.

Сюжет книги часто движется вместе с природой. От зимы, в которой холодная красота, в которой игра света и тени, мы вместе с автором переходим в весну, где все звуки и краски приходят в движение. Тетерина описывает это так, что видишь и слышишь, попадаешь внутрь словесного пейзажа.

Под задорным порхающим ветром

Акварельные высохнут краски,

И отправит весна первоцветы

И в стихи, и в рассказы, и в сказки.

Острое мирочувствование помогает Тетериной избежать банальности. Она работает с интонацией, со звукописью, она не придумывает никаких нелепых красивостей, в её пейзажах только правда взгляда, только правда чувства.

Как пахнут старыми домами

Заморосившие дожди,

Пока ещё не высох камень

И по дорогам не пройти.

Литературоцентричность, существование в большом мире, где жили великие и где повсюду рассыпаны их видные только избранным глазам следы, ещё одно важное для творчества Тетериной обстоятельство.

Вы не видели осень в Монтрё, вы не видели осень!

Как она там рисует – позвольте мне вам передать.

Может, это с полотен Моне смотрит нежная просинь,

И кувшинками щедро цветёт возле берега гладь.

Вы не видели осень в Монтрё, вы не видели осень:

Горных скал и лесов, словно волн, буйных волн ширину;

Медных красок листвы, освежающей зелени сосен;

Водопадов, струящихся с птичьих высот в глубину.

Вы не видели осень в Монтрё, вы не спрятались в осень,

Где Набоков остался навечно. Плывут облака

И доносят рассветы берёзовых северных вёсен,

Чёрно-бархатной бабочкой дышит живая строка.

Несколько слов необходимо сказать и о представленной в сборнике прозе. Рассказ «К вам птичка не заходила?» на первый взгляд неприхотлив, но по сюжету, по гуманистической силе очень ярок. Судьбы птенцов, выпавших из гнезда, судьбы людей, прихотливым образом соединяющиеся, – всё это создаёт прозрачную ткань, флёр, где опять-таки всё эстетично, художественно. Эссе «Пушкин в нас» освещает метод Тетериной несколько с другой стороны. Это размышления о прошлом, попытка проанализировать, что мы читаем о классиках, выявить, какими золотыми нитями классика держится за будущие поколения читателей, какая связь есть между русскими гениальными поэтами, жившими в разное время. «Есть высокие материи, созданные человеком, но уже выходящие за рамки человеческого и приближающиеся к божественному, не нуждающиеся в доказательствах, они сродни религии, у которой другой понятийный ряд, такой как вера, надежда, любовь, прощение». Размышляя о том, как Пушкин стал важнейшей фигурой для Цветаевой, автор приходит к интересным выводам. «Интуитивно Муся (так в детстве называла её мама) чувствовала, что она своя в литературе; образы, возникшие в детстве, остались с ней на всю жизнь. Памятник – Пушкина, а не Пушкину остался ассоциацией и с самим Пушкиным, и с памятником (до которого было недалеко от Трёхпрудного переулка, где жила Марина Цветаева в детстве), а также и с сыном Пушкина, который однажды приходил к ним в дом и у которого Цветаева заметила большую звезду на груди. Можно сказать, звёзды сошлись! Ведь и вправду незаурядность Марины Цветаевой выделяла её из обыденной жизни и только ждала своего часа, когда она взорвётся сверхновой звездой».

Лилия Тетерина служит свету. Её литературные пейзажи подсветят жизнь читателя, предложат новое сочетание красок.