Взгляд с пальмы

Александр Гадоль. Режиссёр. Инструкция освобождения. М. Изд. «Э» 2017 288 с. (Современная проза русского зарубежья) 1000 экз.

Пальма в данном контексте – не тропическое дерево, а верхний, третий ярус тюремных нар (более известно среди тех, кого миновала чаша сия, название нижнего яруса – шконка). На пальме коротал дни и ночи лирический герой романа Александра Гадоля, за которым угадывается сам автор, отсидевший срок в современной украинской тюрьме. Но слово «Украина» он не употребляет, о ней ни разу не упоминается, все персонажи говорят только по-русски. Такое вот не просто ближнее, а близкородственное зарубежье, что бы там ни кричали порошенки и саакашвили.

Писатель говорил, что «Режиссёр» – это тюремный дневник. Он состоит как бы из двух перемежающихся тем. Важнейшая – собственно о самой тюремной жизни. Читатель получает массу информации – о тамошних порядках, правилах, обычаях, предрассудках. Почему, например, нельзя произносить слова «спросить», «просто» и «думать». Или, например, о том, как организуется скрытая от тюремной администрации переписка между зеками. Всё это очень интересно и хорошо написано. Стилистически изысканно и образно. Вторая тема, второй пласт текста – это «общие» рассуждения о самых разных вещах. Вроде бы общеизвестных, но ставших под взглядом автора вновь свежими, а порой и неожиданными. Например, о том, как власть меняет человека. Или – насколько трудно быть писателем…

Александр Гадоль не рассказывает читателю о двух, казалось бы, необходимых вещах – о том, кем был его лирический герой на свободе, и за что его посадили. Думается, это делается намеренно, ведь тюрьма – это то испытание, после которого человек уже никогда не будет прежним. И в данном контексте уже неважно, кем он был на свободе – учителем или аферистом.

А теперь о «сюрпризе от издательства». На обложке значится лишь роман «Режиссёр», но в книгу включена и краткая повесть «Живучий гад» – несомненная, на мой взгляд, удача писателя. Это рассказ о молодом человеке, который в двенадцать (!) лет стал успешным спекулянтом. Подробно описаны его первые шаги, напоминающие первые шаги знаменитого героя эпопеи Теодора Драйзера о Фрэнке Каупервуде. К окончанию школы герой повести Александра Гадоля пришёл уже изобретательным, удачливым бизнесменом. В этой повести, в отличие от романа, писатель чётко обозначает место и время действия. Время для начинающего бизнесмена было удачное – самое начало нашего перестроечного (криминального, дикого) капитализма.

А вот конец повести совсем не похож на финал у американского классика. Финал фантастический, чисто русский. Но не буду открывать секрета, чтобы читателям (надеюсь, их будет много) не потерять интереса.