Ядерный прорыв

На прошедшей неделе телевидение удивило появлением сразу двух качественных сериалов, шедших в одно время. Зрители вынуждены были выбирать между отлично сделанным детективом «Казанова» о жестоком сердцееде и изобретательном аферисте на Первом канале и исторической драмой на «России 1» об атомном проекте, который в 1949 году сделал СССР обладателем ядерного оружия и на долгие годы обеспечил безопасность нашего государства. Действительно такого класса криминальной драмы не было давно (о ней мы напишем позже), а столь соответствующего исторической и научной правде кинопроизведения, как «Бомба», не было со времён «Девяти дней одного года».

Сериал «Бомба» продюсера Валерия Тодоровского и режиссёра Юрия Копылова поначалу вызывал недоверие, как и всё сериальное мыло, выливающееся на телеэкраны. И Евгений Ткачук, сыгравший бывшего детдомовца Михаила Рубина, поначалу был больше похож на многочисленные сыгранные им приблатнённые персонажи, чем на гениального физика-самородка. И Евгению Брик, мечущуюся между мужчинами, мы уже видели в похожих ролях, пожалуй. Только Виктор Добронравов впервые появился в главной роли, да ещё в образе отчаянно влюблённого человека (в физику, а ещё больше в свою жену). Но постепенно сама тема создания бомбы, увлечённость ею героев, присутствие исторических персонажей (Игорь Курчатов, Юлий Харитон, Лаврентий Берия, Нильс Бор) затягивали в действие. За достоверность происходящего отвечал Росатом, при поддержке которого сделан сериал, и, видимо, те консультанты, участвовавшие в атомном проекте, многих из которых мы видели в финале каждой серии. Эти великие старики вызывали и уважение, и полное доверие.

Конечно, главными в проекте были Курчатов (научное руководство) и Берия (организационное обеспечение), но, разумеется, для художественного воплощения нужно было придумать какого-то героя, в судьбе которого отражалась бы драма и динамика процесса создания ядерного оружия (сценарий писали Максим Белозор и Дмитрий Константинов). И такой герой был найден, и образ его дан в развитии. От серии к серии Рубин меняется: поначалу самовлюблённый гений, ненароком предавший своего учителя; потом почти потерявший человеческий облик зэк; после освобождения затаивший обиду на всех, никому не верящий бирюк; потом учёный, счастливый оттого, что снова может делать в науке то, что никто не может; и наконец руководитель направления, готовый жизнь отдать за дело… А далее поразительное преображение. Линия его отношений с зэчкой Ольгой (Ольга Смирнова) самая сильная в сериале. И самая человечная. Человечная также в том смысле, что очень многое рассказала о природе человека, о вечных страстях и пороках. О том, как власть деформирует – и властвующего, и подвластного. Персонажи Ткачука всегда как будто держат камень за пазухой, но тут его неверующий и не очень добрый Рубин превращается почти в праведника. И потом он действительно жертвует собой, чтобы получить стопроцентные гарантии готовности « изделия ». И символично то, что именно он остался умирать на испытательном полигоне – это его поле, возвращаться ему не к кому и незачем – он всё, что мог, сделал. И сделанное им огромно. За создание бомбы и учёные, и народ заплатили огромную цену.

Влюблённые в цивилизованный мир российские либералы-западники как будто не хотят слышать о планах уничтожения СССР, о которых знали академики Курчатов, Харитон, Сахаров и все ядерщики, а сейчас любой желающий может найти их в Сети: сразу после окончания Второй мировой войны американское правительство рассматривало варианты ядерной бомбардировки СССР. И сейчас, судя по накалу информационной войны, которая против нас ведётся (в том числе и с участием некоторых наших СМИ), планируется война настоящая. Не случайно многие «борцы против кровавого режима» постепенно перебираются за рубеж.

На одной московской радиостанции послали чёрную метку продюсеру «Бомбы» за то, что в сериале глава проекта Лаврентий Берия (Виталий Коваленко) – не исчадие ада, каким его привыкли изображать со времён Хрущёва, а такой, каким его запомнили работавшие с ним физики-ядерщики. Наши западники полагают, что сериал «Бомба» – ответ на американский «настоящий шедевр» под названием «Чернобыль». Помните эту пропагандистскую вампуку, где в зале заседаний Политбюро висит репинский «Грозный с сыном Иваном», легендарного министра угольной промышленности Щадова изобразили окружённым автоматчиками хлюпиком, об которого шахтёры вытирают чуть ли не ноги, а жестокие советские ликвидаторы беспощадно расстреливали заражённых коров, в то время, как их доили несчастные украинские женщины?

Сравнивали также с сериалом Глеба Панфилова по роману Александра Солженицына «В круге первом». И правильно, надо сравнивать; только не по степени правдивости звучания научной терминологии или количеству ляпов – в «Бомбе», кстати, их нет, – а по существу. В том сериале, снятом пятнадцать лет назад, один положительный герой с риском для жизни звонит американскому послу, желая предупредить спецслужбы США, что советские агенты воруют атомные секреты в Америке, чтобы поскорее сделать свою бомбу. А другие положительные герои героически отказываются от благ шарашки и готовы ехать хоть на Колыму, только чтобы не участвовать в советском атомном проекте. Нет, эти гордые учёные ненавидят, конечно, не Россию с её многонациональным народом, а советскую власть, тоталитарное государство, Сталина и его сатрапов. Но если бы другие учёные, не менее гордые и, может быть, не менее ненавидящие тоталитаризм, не сделали бомбу, то радиоактивная пыль накрыла бы и тех и других – всех. И в Хиросиме были люди, которые больше любили Америку, чем японский милитаризм.

Где проходит граница между гордостью и гордыней, отстаиванием общечеловеческих ценностей и предательством национальных интересов? В сериале «Бомба» главный герой интересен ещё и тем, что он, как репрессированные Рокоссовский, Королёв, Туполев и многие другие, не сбежал (хотя мог), не перешёл на сторону врага, а преодолел все свои обиды и работал на страну. И отдал ей жизнь.