Вряд ли кому-то из современных отечественных актёров кино, даже согретых мерцанием оскаровских статуэток или поставивших выход фильмов со своим участием на работающий в немыслимом темпе конвейер, доведётся испытать хотя бы толику того зрительского обожания, что выпала на долю великолепного Павла Кадочникова. 29 июля исполнилось 110 лет со дня рождения этого легендарного артиста с берегов Невы. Родной город наверняка ещё поздравит его очередным Международным фестивалем искусств, носящим его имя. А с телеэкранов страны в ближайшие дни не будет сходить крылатая фраза-тост разведчика Федотова: «За нашу победу!»
А ведь актёром он мог и не стать. На Урале, в небольшом селе Бикбарда, куда семья Павла перебралась во время Гражданской войны, Кадочников пристрастился к рисованию и о карьере артиста не помышлял. В 1927 году вернувшись в Ленинград, будущий исполнитель роли Алексея Маресьева поступил на изобразительное отделение в детскую художественную студию. Он действительно мечтал стать художником. Но тут серьёзно заболел отец, и Павлу пришлось взять на себя заботу о семье. Он оставил школу, устроился учеником слесаря на завод, однако живопись не бросил, продолжая ходить в художественную студию. Однажды юноша выступил там настолько заразительно и азартно, что получил роль в спектакле режиссёра А. Авдеева. На следующий год 15-летнего Кадочникова взяли в театральный техникум при Ленинградском ТЮЗе. Он выделялся среди своих старших товарищей умением с чувством исполнять неаполитанские песни и даже одеждой – щеголял в галстуке-бабочке, что по тем временам было редкостью.
Первой театральной ролью талантливого молодого человека стал романтический Лель в «Снегурочке» по пьесе А.Н. Островского. Вскоре ему стали поручать и другие, «возрастные» роли. В трагедии «Борис Годунов» Пушкина Кадочников уже играл летописца Пимена. Работа в театре всё больше его увлекала, роль следовала за ролью. Причём на сцене актёр так преображался, что однажды его отец, которого Павел пригласил на представление, с обидой ему выговаривал: «Что же ты меня обманул? На сцену выходил и молоденький паренёк, и старик, а тебя не было».
В 1935 году состоялся дебют в кино – эпизодическая роль Михася в картине «Совершеннолетие». Знаменитый в те времена кинорежиссёр Сергей Юткевич, побывав на спектакле «Снегурочка», предложил Кадочникову эпизодическую роль молодого солдата в своей картине «Человек с ружьём». В фильме «Яков Свердлов» (1940) Кадочников сыграл сразу две роли, причём образ писателя Максима Горького принёс ему настоящую популярность. Но вскоре грянула война.
Павел Кадочников вспоминал: «Каждый день приносил тревожные сводки с фронта, и нам, молодым актёрам, казалось больше невозможным оставаться в тылу: мы должны были защищать Родину. Эти мысли не давали покоя». В июле 1941-го актёр подал заявление в народное ополчение, но ему ответили: «Ты снимаешься в «Обороне Царицына» и «Походе Ворошилова». На «Ленфильме» сообщили, что это фильмы оборонного значения. Вернись на студию». А вскоре его пригласил знаменитый Сергей Эйзенштейн, начавший снимать фильм «Иван Грозный». Он предложил актёру трагическую роль Владимира Старицкого.
Работа в кино стала судьбой Кадочникова. Он навсегда ушёл из театра и целиком посвятил себя кинематографу. В 1947 году Павел Петрович отправляется в Киев сниматься в картине «Подвиг разведчика» режиссёра Бориса Барнета. Эта роль принесла ему поистине всенародную любовь и стала своеобразной визитной карточкой, одновременно определив в советском кинематографе образ героя-разведчика на долгие годы.
Не менее популярной оказалась следующая работа Кадочникова – в картине Александра Столпера «Повесть о настоящем человеке». В ней он выступил в роли знаменитого лётчика Алексея Маресьева. Чтобы лучше войти в образ, в течение четырёх месяцев Кадочников ходил на костылях и ползал в лесу по снегу в лютый мороз. В итоге картина имела огромный зрительский успех. А Кадочников стал лауреатом Сталинских премий и получил звание Героя Социалистического Труда.
Павел Петрович относился к своей работе в кино истово, как к особой миссии. Он говорил: «У каждого артиста своя главная дорога. Один бичует искусством людские пороки, другой высмеивает человеческие слабости, третий рассказывает о любви, четвёртый – о всепокоряющей силе ума… На протяжении всей моей творческой жизни меня всегда привлекали и продолжают привлекать роли, несущие в себе прекрасное: мне всегда хочется играть людей, обладающих большой волей, умеющих любить и ценить жизнь, беспредельно влюблённых в своё Отечество, честных, прямых, принципиальных».
Увы, в реальной жизни кинематографического «разведчика» ждали тяжелые удары судьбы. Один его сын погиб при трагических обстоятельствах, а другой рано умер от инфаркта. Это стало для актёра настоящей трагедией, потому что главным в его жизни была семья. После этого он как будто сломался. Резко превратился из моложавого артиста в дряхлого старика.
Последним ударом, который окончательно сломил Кадочникова, оказалась некрасивая история с фильмом «Серебряные струны». Его внучка Наталия Кадочникова вспоминала: «Павел Петрович был настоящим мужчиной по поступкам. И абсолютным ребёнком в отношениях с людьми. Верил в лучшее в них. Этим пользовались… Как-то к дедушке подошёл рабочий съёмочной группы и рассказал, что хочет стать сценаристом. Павел Петрович поверил в него, предложил вместе писать сценарий фильма «Серебряные струны».
Георгий Смирнов, так звали соавтора, дневал и ночевал у нас, став практически членом семьи. И вдруг, когда фильм был уже снят, разразилась беда: Смирнов заявил, что он является единственным автором, а Кадочников просто украл у него сценарий. К сожалению, ему было что предъявить судьям – рукопись, которую он писал под диктовку дедушки, ведь у Павла Петровича было уже плохо с глазами… Картину арестовали, разбирательство длилось три года, вплоть до смерти дедушки. Конечно, это предательство подкосило Павла Петровича. Я никогда не забуду появившееся на его лице выражение растерянности».
Вспоминала внучка и ещё один эпизод, из-за которого Кадочников в хрущёвские времена оказался в опале. «Дед был очень остёр на язык, – рассказывала она журналистам. – Однажды по телефону назвал Хрущёва идиотом. Дело в том, что, когда мой папа заканчивал девятый класс, было решено ввести 11-летку. Что, конечно, страшно разозлило Павла Петровича – он никак не мог понять, почему его сын должен учиться лишний год? А поскольку дед был одним из так называемых «рупоров эпохи» – именитым людям тогда регулярно предлагали комментировать события в стране, то ему и позвонили: мол, не могли бы вы дать оценку школьной реформе. Можно представить реакцию человека на другом конце провода, услышавшего в ответ: «Я бы хотел узнать, какой идиот это придумал?» Ответ «Хрущёв» Павла Петровича не отрезвил. «Ну, так передайте Хрущёву, что он идиот!» – и повесил трубку.
Когда он пересказал этот разговор бабуле, та была в ужасе: «Это не Хрущёв идиот, а ты! Тебя посадят!» Конечно, деда не посадили, но и не простили – он на несколько лет попал в чёрный список актёров, которых «рекомендовали» не снимать. Когда Сергей Бондарчук, а он очень хотел, чтобы Кадочников снялся у него в «Войне и мире», позвонил: «Павел, извини…», то дедушка не обиделся на отказ».
У Павла Петровича была особая тяга к семейственности. «Я не шучу, – вспоминала его внучка, – но даже автомобиль был самым настоящим членом семьи, со своим именем, характером… И брат, и бабушкины сёстры жили у нас после войны, пока он не выбил им квартиру. И Алексей Николаевич, племянник, рано потерявший отца, рос в нашей семье. У деда была потребность собирать вокруг себя родственников, друзей, в доме постоянно толпился народ. На Новый год до 50 человек сидело за праздничным столом.
А ещё он всем старался помочь. И своим, и чужим. Бабушка пыталась его отрезвить: «Павел, нельзя так, всем не поможешь!» Но он не мог никому отказать: «Я не могу смотреть, как мой коллега с тремя детьми на руках мыкается в крохотной комнатушке в коммуналке». Шёл в обком, стучал по столу кулаком, добивался».
Скончался выдающийся актёр 2 мая 1988 года на 73-м году жизни из-за острой сердечной недостаточности в городской больнице Ленинграда. Похоронен на Серафимовском кладбище. Но его персонажи продолжают и сегодня жить на телеэкранах страны.