Зараза

Чума во времена Бокаччо делала безлюдными города, Пушкин три месяца провёл в карантине, пока холера свирепствовала в России, Булгаков в Гражданскую не смог уехать в эмиграцию, так как заболел тифом... COVID-19 вовсе не так страшен – Акунин уехал и сообщает, что его коронавирус похож на «паршивый затяжной грипп», но жизнь на планете остановилась, такого единовременного всемирного испуга не было никогда.

Доверие вызывали?

Поначалу полицейские, палками загоняющие праздно шатающихся индийцев в карантины, взъерошенный Борис Джонсон, уповавший на то, что как-нибудь всё утрясётся, и заболевший сам, не воспринимались всерьёз, но кадры с умирающими стариками в коридорах итальянских и испанских больниц и статистика смертей потрясали. Стало по-настоящему страшно, и юмористическое отношение, транслируемое некоторыми телеведущими, сменилось лихорадочным интересом к вирусу и всему, что с ним связано.

И тут главным стал вопрос доверия. Все что-то говорят на телевидении, радио и ютьюб-каналах, но кого из них слушать, кому верить? Сразу отсекаются паникёры и эксперты, которые изобличают, скажем, из Лондона или Бостона, не местные проблемы, с которыми они сталкиваются в своей жизни на чужбине, а российские нравы, люто ненавидимые изначально. Этим обличителям, давно работающим «на удалёнке», сейчас не позавидуешь, рушится фундаментальная ценность их бытия: сияющий град на холме, где ничего не может случиться. Случилось.

Эксперты, врачи, специалисты в области вирусологии, которых никогда не баловали вниманием СМИ, ныне стали главными героями, комментаторами и прогнозистами. Им хайпа и рейтинга не надо, они дорожат репутацией.

Среди экспертов хочется выделить главного санитарного врача России Анну Попову, которая была гостем программы «Познер». Вопросы звучали разные, подчас каверзные: о нас, о пандемии; контекст – тревожный, но Попова была очень спокойна, говорила толково, исчерпывающе. На один из финальных вопросов (про счастье) она ответила: «Оно в моём детстве, в детстве моих детей, а теперь – внуков». И прозвучало это, как показалось, искренно. Ей хотелось верить: у нас такого кошмара, как в Италии–Испании, не будет. И Познер был какой-то другой, видимо, тяжелая ситуация в США, Франции и других странах, которые дороги Владимиру Владимировичу, повлияла и на него. Про Россию он говорил не «эта», а «наша страна», искренно интересуясь тем, как мы преодолеем беду.

Телевидению для рейтинга нужны скандалы, импозантные люди, «взрывающие» эфир, а сейчас, на карантине, напротив, важен тот, кто квалифицированно успокоит, кто вселит уверенность, что мы, как и раньше бывало с разнообразными пандемиями, и эту преодолеем. Если все вместе, как один, побудем пару недель порознь.

Абсолютно фальшивым и вредным на этом фоне показался последний выпуск шоу для взрослых (поскольку его показывают, когда дети спят) «Голос. Дети». И раньше не нравилось исполнение малолетками взрослых, да ещё англоязычных песен, лицемерие наставников с их обнимашками, а также жестокость конкурсов на выбывание – отвергнутые шестилетки, еле сдерживая слёзы, благодарили Первый канал (как их выдрессировал Юрий Аксюта!). Не забыты также скандалы с награждением дочки Алсу и отца Агутина («Голос. 60+»), но к ним прибавилось ещё кое-что. Только что Розенбаум убеждал с экрана соблюдать правила карантина, а тут полный зал народа. Да, эфир был в записи, но на сообщение об этом многие не обратили внимание и назавтра, вдохновлённые бесшабашностью Первого, двинулись в парки на карантинные шашлыки.

Гвинет Пэлтроу – в «Заражении»

Кто виноват?

Самой популярной кинолентой марта в Сети стало «Заражение» («Contagion», 2011) знаменитого оскароносца, отца всех «друзей Оушена» Стивена Содерберга, фильм о пандемии, в котором, как пишут в Сети, «всё-всё предсказано, начиная с зарождения вируса в Китае». На самом деле эта лента создана через два года после эпидемии свиного гриппа и основана на событиях, сильно затронувших США. Россия же этого «свинства» почти не почувствовала, вирус коснулся лишь некоторых наших областей, а в мире он унёс жизней почти столько же, сколько сейчас зафиксировано смертей от коронавируса

В масштабной, профессионально снятой ленте об ужасах заражения и героической борьбе американских вирусологов с этой заразой были заняты оскароносцы Мэтт Дэймон, Кейт Уинслет и другие звёзды Голливуда. Фильм действительно очень полезный, свиной грипп схож с нынешним вирусом, а их симптомы, виды распространения и меры предохранения представлены очень доходчиво. Непонятно только, почему создатели фильма перенесли «родину» этого гриппа в Китай – в фильме очень убедительно показано, как свиньи в контакте с летучими мышами стали источниками инфекции, которой китайский повар, подавая свинину, заразил героиню оскароносной Гвинет Пэлтроу, а она многих других. Художественный фильм не обязан быть документально точным, но заметим, что на самом деле родина свиного гриппа – Америка: Мексика и юго-западные штаты США.

В поисках фильма Содерберга в Сети я наткнулся на другое «Заражение» («Carriers»), американо-германский телефильм 1998 года режиссёра Алана Мецгера. Фильм снят тогда, когда США были безусловным лидером в однополярном мире и никто, в том числе и Китай, не рассматривался как конкурент Америки. Это, конечно, не такое дорогое и высокохудожественное полотно, как у Содерберга, но фильм заинтересовал другим, в нём, кроме показов ужасов в связи со стремительно распространявшейся неизвестной болезнью, есть детективная составляющая: в финале американским военным вирусологам удаётся найти источник убийственной заразы. И им оказалась секретная лаборатория американских же спецслужб. Да, да, так что когда американцы очень обижаются, если их кто-то подозревает или даже обвиняет в пандемии, то пусть пеняют на своё же кино, ведь на чём-то кинематографисты основывали свою версию. Наши «партнёры» очень серьёзно относятся к бактериологическому оружию, их секретные «биологические» лаборатории есть на Украине, в Грузии, Узбекистане, Африке, Пакистане, Лаосе… Зачем?

Про людей

Жизнь продолжается, телевизионщики вынимают из закромов «залежалый товар», а он оказывается вдруг «чистым сливочным маслом», в отличие от прогорклого сериального мейнстрима.

Судя по рекламным роликам «Заступников» (2018), предполагалось что-то бичующее советские 60-е, когда, как мы знаем из сериалов об этом страшном времени, был криминальный беспредел, кровавая гэбня хотела засадить всех отважных шестидесятников вплоть до Муслима Магомаева и Евгения Евтушенко, но были отважные адвокаты-правозащитники, которые вытаскивали из тюрем облыжно обвинённых в шпионаже, изнасилованиях и убийствах.

Однако то, что мы увидели в первых сериях, не совпало с ожиданиями и с тем, что написано в воспоминаниях адвоката Дины Каминской (по мотивам её книги написан сценарий), защищавшей известных диссидентов – от Владимира Буковского до Мустафы Джемилева. Пока – никакой политики, кино – про людей и, в общем, неплохое время, про то, как молодая женщина Нина попадает в адвокатскую контору, где работал её муж, какие у неё складываются отношения на работе и в семье. И всё это очень жизненно, героиня сериала лет на двадцать моложе прототипа, и проблемы у неё совсем другие. Да, она защищает обвинённых в шпионаже, но тех сопляков, которые мечтали о том, что за съёмки советских секретных объектов их «возьмут в Америку», она спасла от расстрела. Советский суд принимал доводы юной адвокатши, и обвиняемым смягчали наказание. Иногда, и вот ценный парадокс, она добивалась оправдания якобы невиновных, которым, как оказывалось, удалось обвести вокруг пальца и её, и суд.

Отметим замечательно переданную атмосферу 60-х (оператор Эдуард Мошкович, художники Ольга Соколова, Александр Конашенко и Елена Апанасевич), и прекрасный актёрский ансамбль, и добрый юмор, которым согрет сериал Владимира Котта (продюсеры – Александры: Ремизова, Цекало и Котт). А главное открытие – исполнительница главной роли Мари Ворожи (она же Марина Ворожищева), которая напомнила сразу о двух Одри: Хепбёрн и Тоту. В первых сериях она была очаровательна и вызывала доверие, что-то будет в следующих?

Александр Кондрашов