Ритта Козунова,
Севастополь
***
Мохнатые соцветья сон-травы
Мне смотрят в душу синими очами –
Бездонными, как небо Караби…
Здесь тишина веками нерушима,
И Караби качает колыбель,
В которой, как царевна, спит надежда,
Сомкнув ресницы, грезит синий сон,
Сухим ветрам нашептывая сказки
О городах, ушедших в облака.
Ткет кружева под пологом пещер
Невыплаканных слез скупая влага,
И дремлет песня в узком горле гор.
Качается под ветром сон-трава,
Златую колыбель качают горы,
Сокрытую в холодной тьме пещер.
Усни, душа, до той святой поры,
Когда на землю вновь сойдет надежда,
И наши горы вновь заговорят.
Ручьи польются светлыми слезами,
Оттает песня в ледяном гробу
И вырвется на волю птичьей стаей,
И горе буйным порастет быльем…
***
Смерти нет –
есть только смена миров.
Из речи вождя Сиэтла
По нашим могилам идут поезда
Грохочет метро, тишину разрывая,
И нет нам, смятенным, ни ада, ни рая,
И вечный покой не придет никогда.
Из нашего праха встают города,
И свет застилает кровавая дымка:
Там суша и небо слились в поединке,
И вечный покой не придет никогда.
Пред ночью затихнет сует суета,
По улицам двинутся смутные тени:
Мы мчимся сквозь город толпою видений,
И вечный покой не придет никогда.
По-прежнему время бежит, как вода,
Однажды нас выпустит смерть из объятий,
И призрачных воинов двинутся рати,
И вечный покой не придет никогда.
***
Струится время золотой змеей,
Свиваясь в кольца и свой хвост кусая…
Вот обручи бросает на траву
Танцор, которого зовут Свет Солнца.
Нам кажется, что замкнуты круги,
Но взмах рукой – они уже едины,
И стали звеньями одной цепи
Две истины, два жизненных закона –
Один: «Ничто не вечно на земле»,
Другой: «Ничто бесследно не проходит»
Паденье перышка с поникшей головы
Могучим громом отзовется где-то
Века идут, но правда неизменна,
И прорастает даже сквозь асфальт,
Как ни губи ее, ни жги – она пробьется,
Покуда Солнце светит в небесах,
Нерасторжимы обручи времен,
Что нас связуют с прошлым и грядущим…
Пляши, танцор, во имя всех надежд,
Что нас спасали на краю забвенья,
Струится время золотой змеей,
Конец вдруг превращается в начало,
И наше время только впереди:
Еще мы встретим всех, кого теряли,
Соединится порванная цепь,
Как обручи в твоих руках, Свет Солнца,
Пляши, танцор! Покуда длится танец,
Жива надежда – вечности сестра.