На нынешних «Уроках режиссуры» Молодежный театр на Фонтанке представил спектакль «Нас обвенчает прилив» по пьесе Жана Ануя «Ромео и Жанетта». Парафраз великой пьесы, встроенный в жесткие реалии сегодняшнего дня, заставляет взглянуть на аксиому о «всепобеждающей силе» любви под неожиданным, новым углом.
«Уроки режиссуры» – фестиваль необычный. Это не «выставка достижений» молодых дарований, развернутая пред очами увенчанных лаврами мэтров – в афише спектакли грандов режиссуры соседствуют с работами тех, кто делает на этом поприще первые шаги. Но это не ритуал символической передачи «эстафеты поколений». Это поиск взаимопонимания, что порой дается очень непросто – сегодняшние молодые, и это совершенно естественно, очень непохожи на своих маститых предшественников, какими те были в пору своей юности. Но связующая нить между ними все-таки есть – их волнуют одни и те же проблемы: необратимость решений, принимаемых молодостью, невозможность внять голосу рассудка, когда тебя захлестывают страсти, фатальная неотменимость противостояния «старших» и «младших». И потому «Уроки режиссуры» материализуются как пространство не столько прямой передачи профессионального опыта, сколько диалога творческих принципов и взглядов на жизнь.
Художественный руководитель питерского Молодежного театра на Фонтанке Семен Спивак, чье имя представляет фестиваль «Уроки режиссуры», не случайно выбрал для показа в Москве именно Ануя. Конфликт интересов отдельных личностей, вещь абсолютно обыденную, этот драматург всегда рассматривает сквозь увеличительное стекло противостояния мировоззрений, частное он испытывает на прочность общим, даже глобальным. Этим он и интересен Семену Спиваку и его театру. Это не первое обращение труппы к наследию едва ли не самого саркастичного романтика французской драматургии: почти два десятка лет с афиши не сходит «Жаворонок» в постановке самого Спивака, интересную сценическую жизнь прожила и «Медея» в интерпретации Алексея Утеганова. И выбор каждой следующей пьесы – не творческий «произвол» худрука, а настоятельная потребность ответить на очередной вызов времени, которое для молодых летит куда стремительней, чем для старших поколений.
На первый взгляд в пьесе «Ромео и Жанетта» всё – и персонажи, и предлагаемые обстоятельства – скорее комичны, чем трагичны: ни роковой кровавой вражды, ни жестоких и жестких социальных правил, ни фатальных родительских вердиктов. Но спектакль не зря назван по переводу пьесы на русский, сделанному Алексеем Щербаковым – «Нас обвенчает прилив». Изменчивая водная стихия, ограничившая персонажам жизненное пространство (мастерская видеорежиссура Валентина Суханова), с первых же секунд оповещает зрителя – Рок где-то здесь и встреча с ним неизбежна.
Мечтающая о прочном благополучии и семейном уюте Юлия (Василина Кириллова) перед скорой свадьбой привозит своего избранника Фредерика (Константин Дунаевский) и его мать (Алла Одинг) в отчий дом. Огромная зала с аристократичными французскими, в пол, окнами, бесконечно длинный, из былых времен, обеденный стол, стулья с высокими, напоминающими о готике спинками – сценография Александра Орлова, по сути, прозрачный намек на родовитость и былое процветание семейства невесты. Не потому ли будущая свекровь, дама, прекрасно отдающая себе отчет в том, чего она хочет от жизни и для себя, и для сына, и соглашается на отдающий мезальянсом брак с девушкой, у которой, кроме хороших манер и безупречной порядочности ничего нет.
Встреча будущих родственников сразу пошла наперекосяк. Грязный, запущенный дом, словно стыдящийся своего куда более респектабельного прошлого, предстал перед гостями во всей своей неприглядности и бесприютности. Отец Юлии (Константин Воробьев) – давным-давно покинутый женою весельчак, балагур и пьяница, каким-то чудом еще удерживающийся на грани полной утраты человеческого достоинства – прячется от мира за горькой клоунадой, не без успеха перекладывая на окружающих ответственность за собственную жизнь. Царящий вокруг него хаос он, как истинный «художник в душе», он считает не беспорядком, а неопределенностью. Прожив большую часть жизни, он так и остался ребёнком, заблудившимся в своих мечтах и фантазиях. Он не живет, он разыгрывает представление, и чем нелепее оно, тем лучше. Под стать ему и дети – Люсьен (Сергей Яценюк), повторивший судьбу незадачливого родителя, и Жанетта (Эмилия Спивак), этот enfant terrible и femme fatale в одном флаконе.
Умница-скромница Юлия – белая ворона в своем взбалмошном, безалаберном, «артистичном» семействе. Она сама зарабатывает себе на жизнь (да еще помогающая родным), а потому интуитивно чувствует – в плавании по житейскому морю нужен спутник, в первую очередь, надежный и ответственный. Ее чувство к Фредерику – не всепожирающее пламя лесного пожара, а ровное горение огня в домашнем очаге. И тот понимает, что дров для этого огня хватит до последнего его часа. Очень быстро становится ясно, что в его душе нет любви в том смысле, какой обычно вкладывают в это слово, но уже пробивается хрупкий росток искренней, прочной привязанности. И вот этот процесс медленного прорастания настоящего, крепкого чувства Константин Дунаевский играет психологически очень точно.
Беда в том, что Фредерик пока не осознает в полной мере, что способно принести ему это чувство, а потому он не в состоянии ни защитить его от внезапно нагрянувшей страсти, ни самому под ее натиском устоять. И когда в его жизнь смерчем врывается Жанетта, эта самая жизнь стремительно летит под откос. Потому что его пламенная возлюбленная – разрушительница по природе своей, от отца унаследовавшая фантастическую способность не взрослеть. Героиня Эмилии Спивак не живет, а играет, причем не только собственной жизнью, но и чужими – своих близких, своих прежних любовников, и нынешнего, с которым Жанетта идет под венец, и конечно же, жизнью Фредерика. Она, в отличие от сестры, абсолютно лишенная созидательного начала, и единственное, что она может дать очередной своей жертве, это столь же ослепительный, сколь и краткий фейерверк страстей. И сбитый с толку незадачливый Ромео, забыв обо всем, летит на этот гибельный огонь. Жанетта и Фредерик выбирают смерть. Но можно ли назвать любовью то, что увело эту пару за линию прибоя?
Ответ на этот вопрос хорошо известен Люсьену – цинику, неудачнику, рогоносцу – которого заставило повзрослеть его собственное горе. Сергей Яценюк блестяще справляется с ролью, которую с полным основанием можно назвать ключевой, а потому самой сложной в спектакле. Не торопясь, без надрыва и ложного пафоса открывает зрителю мудрость, с таким трудом обретённую его героем: «Любовь оплачивается детьми, когда они болеют и ты понятия не имеешь, выживет твой ребёнок или нет; оплачивается бессонными ночами, когда ты ловишь дыхание того, другого, потому что он – рядом; оплачивается морщинами, которые появятся за прожитое вместе время…» Но эту цену ни Жанетта, ни Фредерик заплатить не в состоянии. Они потому и поддались с такой лёгкостью своей страсти, что увидели в ней возможность избавиться от необходимости жить день за днём – добывать в поте лица хлеб насущный, выстраивать отношения с любимым человеком, совершенно не похожим на тебя, растить детей. Одним словом, ежедневно принимать решения и отвечать за их последствия.
Семен Спивак представил москвичам абсолютно чеховский по духу спектакль – ничего особенного не происходит, люди просто разговаривают, пьют вино, носят свои пиджаки, а в это время рушатся их судьбы. И рискнем предположить, что спектакль этот не о силе любви, а о свойствах страсти…
Виктория ПЕШКОВА