Диспетчер выси слов

Елена СЕМЕНОВА

Поэт, журналист, обозреватель книжного приложения «НГ-Ex libris». Родилась в Москве. Окончила Литературный институт им. А.М.Горького. Стихи, статьи и эссе публиковались в «Независимой газете», «Литературной газете», газетах «Трибуна», «Литературная гостиная», журналах «Юность», «Дети Ра», «Литературный Иерусалим», альманахах «Московский год поэзии», «День поэзии», «Среда», «Паровозъ», «ЛиФФт», «Другое полушарие», на порталах «Лиterraтура», «Культурная инициатива» и др.

Автор поэтических книг «Стихотворения» (1996), «Испытайние» (2017), «Некрологика» (в соавторстве с Михаилом Квадратовым и Андреем Чемодановым; 2018), книги детских стихов «Камушек, фантик, цветок» (под псевдонимом Лена Листик; 2019). Дипломант Международного литературного конкурсов «Бежин луг» (2018) и «Детское время» (2021). Соредактор-составитель антологии «Уйти. Остаться. Жить».

 

 


 

***

 

Кормленье птицы с рук,

Свидание с дождем,

Качанья зыбкий свет

В березы хрупкой кроне,

Перебиранье струн

И тонкий ветра звон,

Который в тленьи лет

И сам себя не помнит.

 

Лягушек львиный рык

И выстрелы мальков,

Стволы, стволы вокруг

В слепящем бликованьи, –

Как древен рта язык,

Как беспощадно нов

В стяжении подпруг

В разлетном рифм кованьи.

 

И каждый вечер свеж

Пришитый к дню пейзаж

И животворна даль

В крылах преображенья!

Все шепчет о безбреж-

Ных ветвях – волосах,

Об облачных стадах,

Дождем доимых в жменях.

 

Как мир неукротим,

Безбрежен и строптив,

Так ластится и льнет

Доверчивой зверушкой,

Соорудив интим,

Слух властно победив,

Из ранки сердца пьет

То властно, то бездушно.

 

И вот, – полны зрачки

Мельчайших лун икры,

И преданны костры,

И все торнадо торны.

Иду: в первопричин-

Ный вихрь вовлечены –

Прозрений осетры

И бденной муки зерна.

 

 

***

 

Как в детстве мы сорвемся вдруг гурьбою –

Ловить листвы сиятельный бубнеж,

Но... ветрено, и занят сам собою

Затерянный в порталах парка дождь.

Шаги его легки, высокомерны,

Но сладостны заблудшим в темнотех:

Блестящих тонких линий атмосфера

Хохочет и свистает всех наверх.

Еще момент, и вечность нам приснится,

Сойдут с решеток мраморные львы...

Вон, куст, как силуэт погибшей птицы,

Сквозит в потоках явленной травы.

И весел плеск, он льнет к ушам иначе,

И хрупко-розовый ресниц сандал –

Всего на миг Творец, смеясь и плача,

Заветный край забвения создал.

Ни карты, ни костей, ни Магеллана,

Ни ветром вдаль надутых парусов, –

Суббота, детство, материк Забвана,

Где забывая, – вспоминают всё.

 

 

***

 

Мне нравятся смешные люди,

в смешных есть людях доброта.

С воздушным шариком на блюде

бредут сквозь мир, раскрыв уста.

 

– Куда, нелепые раззявы?!

Шагнете в люк, ища ворон!

Но поглядите им в глаза вы,

и нежность брызнет, как ситро.

 

И сразу видно, вот же люди,

от чьих незримых тонких фибр

душа качается, как студень,

и сердце жжет огнем Кариб.

 

Смешные! Видеть вас неловко

вот почему – разъяты вы,

как у ботинок вся шнуровка,

как под копытом смят ковыль.

 

И миг сей тайный не обрушив,

Длю вашей далью даль свою –

Кидайте шарик ваш воздушный,

Его обратно подаю!

 

 

***

 

В мире, может быть, всего умней

В сумерках японский сад камней,

Потому что тенью молчаливой

По песку струится вязью шрифт, –

То рисуют ветви, запестрив,

Ангела случайного из ивы.

 

В старой куртке, он ведь небогат,

Словно дворник, ветер входит в сад

И метлой шуршит в листве старинной,

Лотоса в ручье ползет паром,

Есть паромщик! Мы уж вчетвером

Над землей вечерней и невинной.

 

Шелест, колокольчик, плеск воды,

И глаза камней прямы, тверды

В пользу насыщения молчанья.

В тот же миг сквозь перепонки ух

Лентою проходит тонкий дух, –

Тайное свершается венчанье.

 

Как прививка слуха высока,

Ёк да ёк мерцаньем маяка, –

Тоньше, тоньше невод паутиний!

Я плыву – плывучую не бьют:

В закуточки всех моих кают

Свет ползет густой и синий-синий.

   

 

***

 

Тетушка Тони из пьесы «Проснись и пой»

Взимала с бывших любовников пенсии,

А у меня такие любовники, боже ж мой, –

Не пришлют ведь ни доллара и ни пенса!

Раздолбаи, мечтатели, поле в башке гуляй, –

Ветер, слова, улыбки и флейты трели...

Хоть бы не пятизвездочный жаркий рай,

Хоть бы клетушку двора захватить сумели.

Вот потому то и дорог мне каждый вздох

Капелькой стеарина, дождем нейтрино,

Чтобы нещадный тик тормознуть помог

Старых, как мир, и идущих часов старинных.

Будет душа – как контемпори-арт-музей:

Радость, беспечный смех и секс на балконе,

Это любовь, безграничная, как Колизей.

Право, я уважаю вас, тетя Тони!

 

 

***

 

На крышах гаражей,

Пока поет листва,

Предписано уже

(«Потом» – уже неважно)

Присловьем ворожей,

И жалит солнца стяг,

Разносит сердце в гжель,

И клен шумит на страже.

В расчете этажей

Взвиваюсь на бемоль,

А под ногами хруст –

Бутылки, ветки, банки.

Мне кажется, проже-

Ктор пульс взбивает мой,

И я тем пульсом бьюсь

И чую, чресла-танки

Приемлют солнца залп,

И вдруг, в конце веков,

Как беркут без оков,

Как мяса дождь желанный,

Вдруг поцелуй в глаза,

И вот – разорван фронт...

И даль плывет, плывет

В преддверье океана.

 

 

***

 

Надеть очки, закрыть рюкзак,

Взглянуть прохожему в глаза,

Идти на ветер и на за-

Пах, словно зверь в долине.

Где соль и мед, где сок и жмых

Судьба ласкает золотых

В путях ладонных линий.

 

Вот, скажем, жаркий Ереван,

И буйный ветер дерева

Так рвет и колошматит,

И очи распахнув горе,

Так строго заражая зре-

Ньем, светит Богоматерь.

 

И вот, в животной немоте,

Душа во мгле синематек

Парит в костях Вселенной:

Там я, рисую на песке, –

Но тают рыбы очьих сфер, –

Их враз смывает пеной.

 

О, счастье, огненная струй-

Ка мин. Меня влечет к костру,

Я – нет, но есть опара

До одури цветущих дней, –

Я в них, – и в выси, и на дне,

И мне все мало жара.

 

 

***

 

…Но, сохраняя пониманье,

Я есть диспетчер выси слов.

Я жду в кустах, как птицелов,

Их золотое подаянье…

 

Меня пленяет их сиянье,

Их перья из галактик снов,

В них все духовно, все мясно!

Зеркалит все безумьем граней.

 

И нужно, мнится, лишь одно –

Добыть волшебное руно,

Пробить желанное окно

В нещадных муках заиканий.

 

Я зая, Каин – я сражен!

Засада может долго длиться

Ловца. Но вдруг, как скорпион,

Оно! Оно паук… и птица.

 

Куснет, яд впрыснет и глумится,

Как чайка. Но коль воплотится,

На миг — я бог и фараон.

 

 

***

 

Сменялись села, города, –

Текла вода...

 

Неслись века, кружился снег,

А в хижинах – пушился мех,

Цвела оконная слюда,

Текла вода...

 

Рождался и кончался вихрь,

Учились и кончали МИХМ,

Вдвоем кончали без труда,

Текла вода...

 

Друг друга узнавали вновь,

Неся на праздник тьму даров,

И строили вот это зда...

Текла вода...

 

И размывала каждый шов,

И каждого, кто был большой,

Смывала, весела горда —

Текла вода...

 

Вода текла без всяких схем,

Точа и плюща крепь систем.

Я знаю, это навсегда:

Теку я с нею в никуда

Без измышлений, теорем.

Так пусть отрадно будет всем,

Что, превращаясь в жизнь из льда,

Течет вода...