Поэтому, мне кажется, надо с самого начала перевести дискуссию в конструктивное русло и договориться, что никто не будет выступать с призывами взять и отменить устоявшиеся и укоренившиеся в русском языке иностранные слова. Пусть будут и «компьютер», и «интерфейс», и «дискуссия», и «конструктивизм»…
Зачастую причиной нынешнего внедрения в нашу речь иностранных слов является просто лень. Ну неохота людям, использующим иностранные термины для выполнения повседневных обязанностей, напрягать мозг и подыскивать подходящее русское слово и уж тем более обращаться за помощью к профессионалам-словесникам. Поэтому формально (например, для глоссария на русском языке) подыскивают первые, что приходят на ум, зачастую неуклюжие определения, а в текстах и разговорах используют примитивную транслитерацию.
Почему, например, прочно обосновались в русском языке английские «онлайн (online)» и «оффлайн (offline)»? Да только потому, что с самого начала на замену им были предложены длинные и малопригодные к повседневному употреблению формулировки «оперативный режим» (online) и «автономный режим» (offline). И таких примеров хоть отбавляй.
А ведь время от времени здравый смысл всё же срабатывает!
Например, издавна при работе с текстами на компьютере одним из самых востребованных терминов было английское слово edit. Поначалу его так и произносили: «эдит». Затем, когда первая эйфория от применения англицизмов прошла, стали использовать его точный перевод – «редактирование». Но, согласитесь, два слога английского слова и сказать и написать легче, чем семь слогов почти русского. Поэтому был найден изящный и сопоставимый по длине русский термин «правка». И все довольны.
Однако такие случаи достаточно редки.
И ведь факт, что наши предки без тени смущения образовывали новые слова или использовали старые, но в новом качестве.
Не пошли же на поводу у сторонников прямого заимствования русские спортсмены первой трети XX века, и в результате в наших футбольных командах играли «вратари», а не «голкиперы», «защитники», а не «стопперы», «полузащитники», а не «хавбеки», «нападающие», а не «форварды». Поэтому вдвойне досадно слушать нынешних комментаторов и читать нынешних спортивных обозревателей, упорно продвигающих всё тех же «голкиперов» и «форвардов».
Незачем человека, сливающего внутреннюю информацию конкурентам, называть западным термином «инсайдер». Так как на самом деле он не кто иной, как «соглядатай», «доносчик», «стукач», наконец, «засланец», если не явный «шпион».
И кто сейчас мешает творчески заняться подбором старых и созданием новых слов от корней русского языка для замены пришлых уродцев-недослов? Неужели тот же «ридер» (считыватель) можно по-свойски именовать «читалка» или «чтец».
Не нужно работника супермаркета обзывать «мерчендайзером». Ему вполне подойдёт звание «приказчик» в самом широком смысле (он и выкладкой товара занимался, и за продажами следил). Не исключаю, конечно, что некоторых «мерчендайзеров» в соответствии с особенностями выполняемых обязанностей можно называть и «товаровед».
Или вот, слово «креатив». Где его только не впихивают, когда хотят подчеркнуть связь с созданием (или даже с «сотворением») чего-то авторского, своего, особенного. И начинают гулять в нашей речи слова с этим корнем и русскими суффиксами и окончаниями: «креативно», «креативный», «креативность». Хотя в 80–90 процентов случаев этот корень можно было бы заменить на корень «самобыт» и получилось бы – «самобытный», «самобытно». Неужели плохо?
В заключение хочу отметить, что не все иностранные пришельцы уютно чувствуют себя в русском языке. Некоторые так до конца и не приживаются, несмотря на усиленное навязывание, постепенно забываются и зачастую вытесняются всё-таки возникающими русскими аналогами – видимо, срабатывает иммунитет народного самосознания. Процесс этот происходит незаметно (правда, в основном на уровне жаргона): ведь автомобилисты, собравшись в компании, не об «автомобилях» рассуждают, а о «тачках», программисты спокойно вместо «маус» говорят «мышь», заменяют английский «энджин» на «движок», а «драйверы» (вспомогательные программы) в разговоре – «дрова».
Пора этот процесс поднять с разговорного и жаргонного уровня на уровень литературный. Хочется надеяться, что к этой по-настоящему нужной и не сиюминутной работе примкнёт достаточное количество специалистов и маститые словесники-профессионалы подберут изящные, краткие, но ёмкие русские замены даже для таких новых заморочек, как «франшиза», «копирайтер», «валидатор» и пр.
Валентин ПОПОВ, КРАСНОГОРСК
