Акимовцы поставили американскую пьесу, которая нечасто идёт на наших театральных подмостках. Да, во времена политических конфликтов и геоисторических противостояний театр по-прежнему остаётся полем сосуществования культур, и трудно представить себе современную сцену без трагедий Шекспира или остроумных английских комедий. Американская комедийная драматургия здесь тоже не на последнем месте, и не только потому, что она может собрать зал, но и потому, что за лёгкой формой, за цепляющим внимание сюжетом скрываются серьёзные темы и человеческие характеры.
Впрочем, в Театре комедии, тогда ещё ленинградском, она шла в 1980-е годы. И что интересно – исполнительница главной роли Ирина Мазуркевич играла тогда Еву, юную «любительницу театра», как она названа в программке спектакля. А теперь она введена в спектакль в роли Марго, звезды бродвейской сцены, примадонны в полном смысле этого ещё не опошленного современностью слова.
Пьеса американской актрисы и драматурга Мэри Орр хотя и названа в честь Евы, но главная героиня в ней, конечно, Марго. Это своенравная, капризная, женственная и живущая театром «этуаль» – как сказали бы в веке девятнадцатом. Через весь спектакль проходят её блистательные выходы на сцену, изображающую гримёрку, – под аплодисменты друзей, коллег по сцене, преданной гримёрши (маленькая, но яркая роль Ирины Коровиной). Актриса творит образ яркой театральной дивы, сохранившей искренность и доверчивость, любимой своим мужем – режиссёром, любимой друзьями, даже гримёршей. Это образ истинного творческого счастья, который очень подходит Мазуркевич, а она по-прежнему может пленять зрителя улыбкой, жестами, движениями и даже менять костюмы прямо на глазах у зрительного зала.
И вот в эту атмосферу вечного театрального праздника чёрной тенью врывается маленькая фигурка Евы, смиренно умоляющей быть рядом со своим кумиром, звездой Марго. Она и становится с ней рядом: акулы шоу-бизнеса верят её трагической истории жизни одинокой провинциальной вдовы геройски погибшего лётчика – и вуаля – она уже секретарь, гримёр, костюмер и наперсница звезды Бродвея.
Так лирическая комедия с остроумными репликами и атмосферой праздника начинает превращаться в нуар, чёрную комедию с почти детективным сюжетом – жанр театра и кинематографа того времени, когда создавались пьеса и фильм «Всё о Еве» (с блистательной Бэт Дэвис) в далекие уже 1940–1950-е годы. Конечно, читатель и зритель советской экранизации вспомнят телефильм «Театр» по С. Моэму – там звезде Джулии Ламберт удалось посрамить соперницу.
Здесь всё по-другому. Впрочем, по заведённому нами правилу мы не будем портить впечатление возможным будущим зрителям спектакля. А надо сказать, что театры нынче ломятся от публики, людям на фоне тревожных новостей, сокращения возможности путешествий хочется прикоснуться к красоте и добру в домашних условиях. И там, где милостью судьбы есть музеи, концертные залы и театры, – они не пустуют. А ведь именно к добру и правде должны нас призывать подлинные произведения искусства, в том числе театрального, не правда ли?
Еву играет молодая актриса Виктория Криулина, которой положено по ходу спектакля перевоплотиться из серой мышки, смиренной поклонницы и помошницы в новую звезду, этакую Мерилин Монро. Этот переход актрисе, конечно, ещё надо совершенствовать, но любовь к театру она играет подлинную, а не мнимую. Ибо образ хваткого провинциала, рвущегося к успеху по головам ближних, не нов в искусстве. Начиная с бальзаковского Растиньяка и Жоржа Дюруа из «Милого друга» Мопассана и вплоть до современных образов «содержанок» и «мужей примадонн». Но часто этот провинциал хочет лишь одного – денег и славы, реже – любви, как Жюльен Сорель из знаменитого романа Стендаля. Ева в спектакле акимовцев (режиссёр Андрей Цисарук) кажется не только интриганкой и предательницей, но и подающей надежды и одержимой театром молодой актрисой. Её любовь весьма специфична, но всё-таки актриса играет не только тень, но и проблеск света.
Мизансцены передают нам то интерьер театра, то интерьер особняка, они решены просто, с элементами минимализма в духе «неоновых» 1950-х. Запоминаются и образные решения «свиты» нашей этуаль Марго – её подруги Карен (Наталья Ткаченко), ставшей спусковым крючком интриги, мужских персонажей (Андрей Толшин, Владимир Миронов и другие).
Театр Акимова умеет создавать актёрский ансамбль, рассказывать историю – то, чем суждено было прославиться Голливуду, сотворённому в значительной степени выходцами из России и учившемуся у русской актёрской школы Станиславского и Михаила Чехова.
Что же, наш ответ англосаксонскому гегемону на театрах может быть только таким: вернуться к смыслам и образам их собственной классики через русскую традицию искреннего переживания. Ну, и нам всем полезно ещё раз вспомнить, что есть западная культура, в которой интригующий сюжет традиционно сочетался с моралью. Помните, герцогиня у Кэролла в «Алисе» любила говорить «Отсюда мораль»? Классика всегда преподносит нам мораль незаметно, в эффектной «упаковке» сюжета, будь то роман-приключение или комедия плаща и шпаги.
Американский нуар середины кровавого XX столетия тоже пригодится не только для привлечения зрителей, но и для возвращения к подлинным смыслам гуманистической культуры, которая была нашим общим, западным и русским, достоянием.
Спасибо акимовцам за развлечение с моралью.
Фомина Мария