30 июня исполнилось 110 лет Владимиру Челомею. Это был выдающийся учёный, его можно назвать академиком русских оружейников. Он один из создателей ракетной боевой и космической техники, дважды Герой Социалистического Труда. Его наследие до сих пор служит всем нам, многое из того, что считается крупными достижениями современной России, – его заслуга.
Удивительно, но о том, что Володя Челомей состоится как крупный учёный, стало понятно, когда он был ещё студентом старших курсов Киевского политехнического института, вскоре ставшего авиационным. К моменту окончания вуза он написал около дюжины заметных научных статей, на Запорожском моторостроительном заводе прочёл курс лекций – его выступления не только несли «свет знаний», но и помогали решать текущие производственные проблемы. В 1940-м его имя появилось на первой полосе «Правды» среди имён самых перспективных молодых учёных, которых называли сталинскими стипендиатами.
С первых дней войны Челомей добился выдающихся успехов при работе во Всесоюзном институте авиационных материалов над созданием пульсирующего воздушно-реактивного двигателя (ПуВРД), который не имел аналогов в СССР. Удивление отечественных специалистов стало ещё больше, когда позже они увидели похожий двигатель на немецких самолётах-снарядах – Фау-1. В 1944-м тридцатилетний учёный был назначен главным конструктором ОКБ-51 и приступил к созданию самолётов-снарядов (так называли тогда крылатые ракеты) и ускорителей для боевых самолётов. Под его руководством были разработаны и испытаны несколько типов крылатых машин воздушного и наземного базирования – от 10Х до 16Х. В это даже трудно поверить!
Вёл Челомей и большую преподавательскую работу, с 1950 года читал лекции в МВТУ им. Н.Э. Баумана, где в 1953-м защитил докторскую диссертацию, а в 1960-м основал «Кафедру проектирования крылатых ракет», которую возглавлял до конца своей жизни. Но главной оставалась практика. В 1954-м на базе завода в Тушине создали конструкторскую группу, которая 8 августа 1955 года была преобразована в ОКБ-52. Это предприятие под руководством Челомея стало лидером в работе по созданию крылатых и баллистических ракет, ракетно-космических систем и станций.
Именно под его началом были созданы: первая ракета с раскрывающимися в полёте крыльями (что позволило минимизировать занимаемое ею предпусковое пространство), первая сверхзвуковая крылатая ракета, первая крылатая ракета, стартующая из-под воды (что стало новым словом в технике вооружений). Он видел через годы. Благодаря его талантам появился ряд военно-космических систем, до сих пор остающихся в арсенале противокосмической обороны, морской космической разведки и целеуказания. Также были созданы тяжёлые ракеты УР-500К «Протон», выводившие в космос самые тяжёлые грузы.
Многие специалисты высказывают предположение: если бы руководство страны сделало ставку на унифицированную ракету УР-700 (её эскизный проект был разработан в ОКБ-52 в востребованное время), а не на королёвскую Н-1, наши успехи в освоении Луны были бы существеннее.
Под руководством Челомея была спроектирована и МБР УР-100Н УТТХ, ещё совсем недавно составлявшая основу боевой мощи России. В чём особенность ракеты? Она была, выражаясь специальным термином, ампулизирована, т.е. со стороны находившегося в баке высокоагрессивного топлива имела стойкую нержавеющую сталь, а с обратной стороны – лёгкий алюминиевый сплав. Это позволяло ракете быть в боевом состоянии многие десятки лет. Именно с помощью ракет УР-100 удалось уравновесить баланс с США в отношении носителей ядерных боеголовок, а впоследствии даже в чём-то превзойти их.
Нельзя не сказать, что любимой темой Владимира Николаевича были космопланы и ракетопланы, он мечтал о возможностях неоднократного выхода в космос, но из грандиозной и яркой программы Челомея были запущены только первые МП-1 и М-12. Затем (о чём сейчас горько вспоминать) силы ракетостроителей страны, слава богу не челомеевской фирмы, перебросили на копирование американского шаттла, был создан «Буран», который совершил лишь один полёт в автоматическом режиме. Челомей, кстати, был противником строительства «Бурана», задавая вопрос, который так и не получил ответа: зачем?
Помимо всего этого Челомей был блестящим «чистым» учёным, академиком АН СССР, на его счету сотни научных трудов, в том числе впервые приблизившихся к решению проблемы антигравитации. Даже свой отдых он посвящал решению сложнейших дифференциальных уравнений и систем. При этом находил время для музыки: был глубоким и тонким пианистом, иногда перемежал исполнение пьес известных композиторов собственными импровизациями. Был счастлив и в личной жизни, в молодости решительно выбрав свою единственную, вырастил сына и дочь.
Если итожить, совершенно очевидно: наследие Челомея огромно, оно не только в реализации проектов десятков научно-технических систем, в том числе пионерных. Например, исследования по гиперзвуку были начаты в ОКБ-52 ещё в конце 1950-х, «Ангара», задержавшаяся в разработке, многим напоминает проекты Челомея.
Как человек широко одарённый, а в основных аспектах деятельности гениальный, он имел не только многочисленных поклонников, но и завистников, недоброжелателей. Чего стоила только передача станции «Алмаз», практически полностью созданной в ЦКБМ, как именовалось ОКБ-52 с 1966-го, в ЦКБЭМ, как стало называться ОКБ-1, правда, уже не при Королёве, а при сменившем его Мишине.
Когда Челомей неожиданно умер 8 декабря 1984 года, на посту генерального конструктора и генерального директора его сменил Герберт Александрович Ефремов, который даже не ожидал такого назначения. Но под его началом НПО машиностроения, как стало называться предприятие с 1983 года, сохранило лицо, сумело противостоять наскокам и «своих» бандитов, и внешних «друзей», немало добилось, например, за счёт сотрудничества с Индией, создало несколько новых типов крылатых ракет, усовершенствовав ракеты баллистические. Надо отдать должное, Ефремов очень внимательно относился к работе старшего товарища и руководителя, смог определить несколько ключевых точек в работе НПО ради роста обороноспособности страны, развивая челомеевские идеи и традиции. Кстати, видимо, не найти, кто бы имел наград больше, чем Ефремов. Он Герой Социалистического Труда, Герой Труда РФ, кавалер ордена Святого апостола Андрея Первозванного с мечами, многих советских и российских орденов.
При этом Ефремов особо высоко ценил достижения Челомея. Например, когда угроза ВМФ США после введения в строй атомных авианосцев типа «Энтерпрайз» стала реальной, экономичный и эффектный ответ Челомея появился быстро: в 1962-м был принят на вооружение комплекс с ПКР П-35, в 1964-м – с ракетой П-6. К 1963 году США по числу баллистических ракет превосходили СССР в шесть раз. Усилиями Челомея к 1972 году положение выровняли, ставя на дежурство до 220 пусковых установок в год.
В 1968 году Советскому Союзу был брошен новый вызов – оснащение баллистических ракет разделяющимися головными частями (РГЧ). Челомею было поручено создать комплексы УР-100Н и УР-100К с РГЧ индивидуального наведения, в 1973-м их уже приняли на вооружение.
В числе неоспоримых достижений: создание комплексов ВМФ с крылатой ракетой П-5 числом более двухсот, развёрнутых на четырёх типах подлодок, тогда как, например, королёвская ракета Р-7 имела всего лишь 6 стартов, а южмашевские ракеты даже ещё не были межконтинентальными. Это стало единственным и серьёзным ответом на ядерные угрозы США.
В ответ на массовый выпуск в Америке ракет с ядерным оснащением типа «Томагавк» была создана стратегическая крылатая ракета «Метеорит», не имевшая аналогов в мире, показавшая дальность полёта свыше 4 тыс. км. Проект был задуман при Челомее, а реализован после его смерти. Успешно испытанная в морском и воздушном старте ракета, увы, пришлась не ко времени, Горбачёв отказался принять её на вооружение.
В НПО машиностроения в наше время в развитие традиций, заложенных Челомеем, под руководством Г.А. Ефремова и сменившего его А.Г. Леонова были созданы гиперзвуковые ракеты и управляемые боевые блоки (объекты, имеющие скорость более 6М, или 7000 км/ч), недоступные для систем ПРО противника. Россия становится сильнее.
