Алексей Колмогоров. ОТМА. Спасение Романовых: роман. – М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2023. – 571 с. – 1500 экз. – (Неисторический роман).
История, как известно, не терпит сослагательного наклонения, но человеческая фантазия слишком безудержна, чтобы смириться со свершившимся ходом событий, пускай даже иногда густо оплетённых различными версиями и трактовками. Неудивительно, что поджанр альтернативной истории остаётся востребованным в различных сегментах книжного рынка. Авторы такого рода произведений чаще всего в качестве отправного пункта для нового мира выбирают наиболее переломные моменты, которые до сих пор продолжают если не раскалывать, то хотя бы будоражить общество. Режиссёр и сценарист Алексей Колмогоров в своём дебютном романе «ОТМА. Спасение Романовых» затрагивает одну из таких болевых точек прошлого века – расстрел Николая II и его семьи.
Впрочем, на серьёзную реконструкцию возможной истории, где Россия избежала греха цареубийства, его книга вовсе не претендует. Спасение венценосной семьи в романе Колмогорова разворачивается в авантюрно-приключенческом ключе – четверо офицеров, предотвративших расстрел, неоднократно сравнивают себя с мушкетёрами. Однако в их взглядах, поступках и словах порой проскальзывает откровенное донкихотство. Вот только сражаться им предстоит вовсе не с ветряными мельницами. Россию раздирает Гражданская война, и каждой из враждующих сторон спасённая царская семья видится источником проблем. Пролить монаршую кровь готовы как красные, так и белые, а ещё на пути у Романовых и их спасителей встанут сатанисты, иностранные шпионы, кровожадные тангуты и прочие головорезы. Но вместе с тем низвергнутый самодержец и его семья, скитаясь по стране, открывают для себя в чалдонских заимках, тунгусских стойбищах, революционных коммунах и других далёких местах глубинную Россию, которая не видна с вершин абсолютной власти. Процесс постижения своей страны насыщен и саспенсом, и лиризмом, и юмором, и трагичностью.
Если окружающий мир живёт у Колмогорова по законам приключенческого романа, то большинство персонажей кажутся выдержанными в духе типичного мультфильма о диснеевских принцессах. Все антагонисты преисполнены злобой и коварством – будь то твердолобый адмирал Колчак, демонический псевдо-Распутин или одержимый безумными идеями барон Унгерн. Романовы же, наоборот, изображены исключительно в благостном духе. Из четырёх царевен индивидуальность проявляется разве что у шкодливой Анастасии, а иногда и у Марии – особенно в те моменты, когда она проникается романтическими чувствами к большевику, готовому ради царевны отказаться от своей главной любви – к Революции.
Психологического реализма всему происходящему добавляет мичман Анненков, один из спасителей царской семьи, – именно от его лица ведётся повествование. Он личность довольно сильная, но в то же время неуравновешенная. Он упивается своей ролью рыцаря, спасающего принцесс, однако через его благородство постоянно проступает настораживающая мания: Анненков – платонически и патологически – влюблён сразу во всех дочерей Николая II. Четыре девушки для него словно образуют некую единую сущность по имени ОТМА.
«ОТМА» оказалась не единственной книгой о спасённых Романовых, вышедшей за последние годы: так, в романах «Бронепароходы» Алексея Иванова и «В тени трона» Василия Зубакина фигурирует чудом спасшийся брат последнего императора, великий князь Михаил. Некоторые критики на этом фоне заговорили о том, что литература фиксирует ностальгию по эпохе заката империи, а тоска по иному историческому пути выбралась из узких монархических кругов и укоренилась в мейнстриме. Отголоски этих процессов заметны и в романе Колмогорова, вот только гораздо более явственно в нём заявляет о себе современная увлечённость эзотерикой. Колмогоров собрал в своей книге фактически все наиболее расхожие паранормальные сюжеты, которые можно притянуть к той эпохе, – от древних тайн Тибета до оккультных изысканий НКВД. Писатель из мистики и конспирологии собирает эффектную мозаику, в которой причудливым образом переплетаются две реальности – та, где рокового расстрела удалось избежать, и та, где он всё-таки свершился.
Ближе к финалу – слегка скомканному и плотно окутанному оккультным туманом – «ОТМА» проявляет себя как книга о фатализме. Колмогоров создаёт монархическую сказку, но и не забывает о базовых принципах фантастики, где любое вмешательство в ход истории должно привести к далеко идущим последствиям. Спасение Романовых, хотя они и отказываются от политических притязаний, оборачивается не утопией о России, которую мы потеряли, а полной катастрофой. Единственный способ исправить ситуацию видится в искупительной жертве, в возвращении к предначертанной участи. И вновь здесь сказываются эзотерические веяния: сакральное самопожертвование способно сотворить то, что не под силу устремлениям миллионов людей. Вместе с тем финал провозглашает непоколебимость хода истории – какие бы альтернативные развилки ни грезились воспалённому разуму, они окажутся лишь ещё более кровавыми и разрушительными.