Вряд ли создатель московского театра «Сфера» Екатерина Еланская говорила кому-то эту фразу, задумывая своё детище более 40 лет назад. В её театре на спектаклях и поэтических вечерах мне всегда казалось, что именно там я найду долгожданную жизнь человеческого духа, которую искала и ищу везде и всюду, чтобы что-то понять о себе и о мире. А эта хрупкая женщина, яркая актриса и мощный режиссёр, сумела дать мне и многим другим то страстно ожидаемое чудо, что редко встречается в искусстве, как прекрасный чистый звук без единой фальшивой ноты.
Вот интересно, почему одни люди работают, заводят семью и живут плавно, спокойно, как положено, а у других всё без конца бурлит в поисках идеала? Вокруг Екатерины Еланской с детства царил театр: родители – легендарные мхатовцы – Клавдия Еланская и Илья Судаков, муж – потрясающий артист Виктор Коршунов, прославившийся в кино, сама она после Школы-студии МХАТ играет с ним в Малом театре ведущие роли. А ей всё время чего-то недостаёт, не даёт покоя. И она поступает в аспирантуру ГИТИСа, учится режиссуре у легендарной Марии Осиповны Кнебель, ставя в театрах Москвы спектакли, шокирующие новизной и вызывающие бурю восторгов и споров: «Маленький принц» Антуана де Сент-Экзюпери, «Робин Гуд» Сергея Заяицкого, «Вкус черешни» Агнешки Осецкой, «Месяц в деревне» Ивана Тургенева. Но успех не даёт ей полноты счастья: она грезит новым театром, без привычной коробки – сцены и снятой 4-й стены, где зрители как будто подглядывают за героями пьесы. Ей нужны соавторы и соратники, единомышленники и соучастники, необходима атмосфера, которая объединит зал и сцену. Она хочет, чтобы жизнь, сыгранная в пределах досягаемости зрителей, без партера и галёрки, живая и реальная, смешная и трагичная, слилась с жизнью людей, сидящих вокруг того действа, что творится здесь и сейчас, в созданном ей священном круге. И этот круг будет в момент спектакля их истинным миром, той самой сферой, где рождаются желания и мечты, где мучительно думают о долге и счастье, где пронзает сердце любовь и настигает коварство и подлость, а потом приходит раскаянье и горечь потери. И Екатерине Еланской удалось создать этот почти недостижимый феномен – театр человеческого духа! Кто-то не принял её вызов, а кому-то её театр стал настолько близким и родным, как песня матери или горькие слёзы отца.
Виктор Розов. «Затейник». Сергей Сорокин – Николай Иванов / Маруся Гальцова
* * *
Впервые я увидела Александра Коршунова давным-давно на сцене Малого театра в спектакле «Волки и овцы» Александра Островского, где он играл комедийную роль племянника Мурзавецкой. И это, доложу я вам, было настоящее потрясение! Едва он появлялся в поле зрения зала, все начинали улыбаться, хохотать и буквально стонать от смеха, настолько в его исполнении эта ничтожная невзрачная личность была нелепой, жалкой и, как ни странно, трогательной. Потом мне довелось увидеть в Малом театре его первые режиссёрские работы: «Трудовой хлеб» и «Пучину» по Островскому, где была та правда, искренность и простота, которые редко можно найти сегодня в развлекательных шоу, пошловатых комедиях и жёстких фарсах с извращённым авторским смыслом. А в театр «Сфера» я попала именно на «Маленького принца», обожаемое мной, почти выученное наизусть произведение, которое я никогда не видела на сцене, и это стало для меня открытием. Лётчика в спектакле основателя театра Екатерины Еланской играл он – актёр и сын своей уникальной матери. Кто-то тогда играл с ним в спектакле, но я помню только его – мудрого, доброго, печального человека с его почти фантастической историей, в которую верил он сам, увлекая и нас, зрителей. В последнее время мне везло на встречи со спектаклями театра «Сфера», которые ставились по произведениям великих авторов, как и тогда, когда была жива Екатерина Еланская, так и потом, когда бразды правления были переданы Александру Коршунову. Удивительно в них то, что в какую бы эпоху ни было написано взятое к постановке произведение, оно оказывалось про меня: про мои радости, заботы, терзания, поиски смысла, симпатии. Так в спектакле «Раскас» Василия Шукшина, сотканном из нескольких рассказов автора, в поэтической прозе о земле русской, вдруг проступают редкостные по красоте характеры людей, которыми нельзя не любоваться и которых невозможно не любить. Все актёры, создающие этот удивительный природный мир, хороши. Но мне больше всего запомнились Павел Гребенников, Александр Коршунов и Денис Береснев какой-то пронзительной, почти трагической нотой при кажущейся лёгкости постановки. Да и в «Старшем сыне» Александра Вампилова есть моменты судьбоносные, когда всё в тебе взрывается и от нелепой ситуации, и от молодой сокрушительной энергии, и от родства душ. И здесь значителен дуэт двух героев – Бусыгина (Анатолия Смиранина) и Сильвы (Павла Гребенникова). В них обоих есть и юмор, и талант, и здоровые желания юности, но причина разрыва – разный порог чувствительности. Казалось бы, совсем давний роман Ивана Гончарова «Обыкновенная история»: и написан более 170 лет назад, и костюмы позапрошлого века, и темы… Постойте, а темы-то очень даже современные. Как и отношения между людьми, что приводят к их полному краху. Как это случилось с супругами Адуевыми, блистательно сыгранными Дмитрием Ячевским и Ириной Сидоровой. И зал с замиранием сердца следит за происходящим, потому что всё это, по сути, про нас. Однажды Александр Викторович ответил на мой вопрос, как он определяет, его ли это материал: «Я помню своё детское потрясение, когда в школе задали на лето читать Толстого. Я открыл книжку «Детство. Отрочество. Юность» и был поражён: у меня было чувство, что я читаю про себя, до каких-то буквальных совпадений, ощущений, мыслей. А открывал я книжку с некоторым благоговением, чтобы приступить к тому, что называется классикой, как к чему-то далёкому, отвлечённому. И вдруг меня озарило: «Так вот что такое классика! Это то, что про меня!» Вот так я и определяю то, что мне нужно читать, играть и ставить». Похоже, театр «Сфера» действительно был рождён для подлинного общения, чего сейчас крайне мало, для дружеского тепла, исчезающего за виртуальной жизнью в смартфонах и компьютерах и, конечно, для света, который есть в душе каждого из нас. «Я никогда не буду ставить чернушную пьесу или абсолютно безысходную, безнадёжную, – говорит Александр Коршунов. – Думаю, дело не в том, чтобы удивить или взнервить всех, сказав, что сейчас не так плохо, как вы думаете, а ещё хуже. Мне кажется, надо дать людям надежду». Премьерный спектакль по пьесе Виктора Розова «Затейник» интригует публику с первых же минут, не отпуская до финала. Кстати, Розов, когда его спрашивали, что ему больше всего удалось, отвечал: «Первый акт «Затейника». А Коршунов сказал: «Я рад, что на «Затейника» приходит много молодёжи: спектакль их забирает, волнует. Я слышу отзывы».
Александр Вампилов. «Старший сын». Кудимов – Алексей Суренский, Бусыгин – Анатолий Смиранин, Сильва – Павел Гребенников / Маруся Гальцова
