Виктор Кирюшин
Родился в 1953 году в Брянске. Поэт, переводчик, публицист. Автор пяти поэтических книг. Лауреат всероссийских и международных литературных премий, в том числе премии Ленинского комсомола в области литературы и искусства, имени Ф.И. Тютчева «Русский путь». Заслуженный работник культуры Российской Федерации. Живёт в Москве.
Родина
Казнокрадов прыть,
Самодуров плеть.
Как воды отпить,
Родину отпеть.
Здесь холопья лесть
До златых верхов,
Потому не счесть
У неё грехов.
Пиво-мёд течёт
Не по всем усам.
И не тем почёт.
Всё я вижу сам.
Хоть порой ко мне
Холодна страна,
Но в её вине
И моя вина.
Как себе ни лги,
А расклад такой:
Стану я другим
И она – другой.
Хорошо!
Тянет гуж провинция глухая,
Ни о чём столицы не моля.
Хорошо, что сыплет не стихая
Белый снег на чёрные поля.
Быть большой воде и урожаю,
Льду речному рваться на куски…
Хорошо, что больше не сажают
За случайный трёп и колоски.
Яблоня озябшая в окошко
Постучит, мечтая о тепле…
Хорошо, что в подполе картошка
И она же вечно на столе.
Хорошо, что золотятся дали
И весною аисты кружат
Над избой, где дедовы медали
За божницей строгою лежат.
Первые в застолье и артели,
Без отказа – только позови…
Хорошо, что не разбогатели
На чужой недоле и крови.
Подавать не брошена привычка
И врагу разбитому не мстить…
Хорошо, что церковь-невеличка
Всех принять готова и вместить.
Хорошо, что подрастают дети
С чистою и ясною душой.
Просто жить на этом белом свете
Необыкновенно хорошо!
В гостях
В доме вышитая скатерть,
Старый дедовский буфет.
Вдруг из прошлого накатит
То, чему названья нет.
Голоса, улыбки, вздохи,
Восклицанья, шёпот, смех:
Аромат иной эпохи,
Той, где все любили всех.
И пускай неправда это –
Были ссоры и беда,
Почему-то больше света
В приснопамятном всегда.
Там, где все нужны и кстати,
Словно пальчики в горсти…
Надо вышитую скатерть
Непременно завести.
Попутчица
Вдвоём полсуток едем.
Читает, взгляд тая,
Не склонная к беседе
Попутчица моя.
Состав идёт рывками,
Как будто дышит так,
И ложечка в стакане
Позвякивает в такт.
Сидит, поджав колени,
Склонив лица овал.
А за окном – сирени
Неукротимый вал.
Неведомая птица
Туманностей иных,
И ничему не сбыться
Из помыслов шальных.
Нашла коса на камень
И камень не винит.
А ложечка в стакане
Звенит, звенит, звенит…
Старое дерево
Красное зарево, логово зверево,
Ворона в чёрном на мёртвом суку…
Старое дерево, старое дерево,
Всё повидало на долгом веку.
Радость – негаданна,
горе – непрошено.
В небе растаяли дни-журавли.
Как тебя гнули ветра заполошные!
Гнули, да только сломать не смогли.
Варится варево, мелется мелево –
Вечности неистощимая снедь.
Старое дерево, старое дерево
Снова надеется зазеленеть.
Свежей корой затянуло отметину
Молнии, плоть опалившей твою.
Слышишь, за речкой кукушка ответила
Юному, в неге любви, соловью?
Кроне густой благодарны, как терему,
Птицы, птенцов сберегая в дупле.
Старому дереву, старому дереву,
Господи, дай устоять на земле!
***
Пусто.
Ни крика, ни эха.
Торчит, как обида,
В поле трава из-под снега
Сиротского вида.
Превозмогая
Терпеньем жестокое время –
Былка сухая,
Давно потерявшая семя.
В звёздные верши
Минувшая канула небыль…
Что её держит
Под этим неласковым небом?
Травы и люди…
Мороз пробегает по коже:
Как мы, по сути,
По судьбам нелепым
Похожи!
В этом же поле,
Где ветер гудит не стихая,
Плачу от боли –
Такая же былка сухая.
***
Для горечи немало оснований:
Болезнь, обман, неотданный должок…
О, бесконечных разочарований
Жестокий и завистливый божок!
Уныния смертельная отрава
Отрадна и по-своему сладка,
Когда едва забрезжившая слава
Украдена, как булочка с лотка.
Есть женщина, которая из плена
Отчаянья
Несла со мною кладь…
Но где любовь, а где её подмена –
Уже и самому не разобрать.
Пусть заметает времени пороша
Казавшиеся главными дела.
Несбывшегося тягостная ноша,
В конце концов, не так и тяжела.
И я, как все, взлетал и разбивался,
И мне утраты остужали пыл.
Кто в жизни вдрызг не разочаровался,
Тот эту жизнь взахлёб и не любил.
«ЛГ» поздравляет Виктора Кирюшина
с 65-летием и желает ему здоровья и вдохновения
