Пушкин был не то что ленив, а склонен к мечтательному созерцанию. Тургенев же – хлопотун ужасный, вечно одержим жаждой деятельности. Пушкин этим частенько злоупотреблял. Бывало, лежит на диване, входит Тургенев. Пушкин ему: «Иван Сергеевич, не в службу, а в дружбу – за пивом не сбегаешь?» И тут же спокойно засыпает обратно. Знает: не было случая, чтоб Тургенев вернулся. То забежит куда-нибудь петицию подписать, то на гражданскую панихиду. А то испугается чего-нибудь и уедет в Баден-Баден.
Без пива же Пушкин остаться не боялся. Слава богу, крепостные были. Было, кого послать.
Однажды Пушкин решил испугать Тургенева и спрятался на Тверском бульваре под лавкой. А Гоголь тоже решил в этот день испугать Тургенева, переоделся Пушкиным и спрятался под другой лавкой. Тут Тургенев идёт. Как они оба выскочат!..
Однажды Гоголь написал роман. Сатирический. Про одного хорошего человека, попавшего в лагерь на Колыму. Начальника лагеря зовут Николай Павлович (намёк на царя). И вот он с помощью уголовников травит этого хорошего человека и доводит его до смерти. Гоголь назвал роман «Герой нашего времени». Подписался: «Пушкин». И отнёс Тургеневу, чтобы напечатать в журнале. Тургенев был человек робкий. Он прочитал рукопись и покрылся холодным потом. Решил скорее её отредактировать. И отредактировал. Место действия перенёс на Кавказ. Заключённого заменил офицером. Вместо уголовников у него стали красивые девушки, и не они обижают героя, а он их. Николая Павловича он переименовал в Максима Максимовича. Зачеркнул «Пушкин» и написал «Лермонтов». Поскорее отправил рукопись в редакцию, отёр холодный пот со лба и лёг спать. Вдруг среди сладкого сна его пронзила кошмарная мысль. Название! Название-то он не изменил! Тут же, почти не одеваясь, он уехал в Баден-Баден.
Тургенев хотел стать храбрым, как Лермонтов, и пошёл покупать саблю. Пушкин проходил мимо магазина и увидел его в окно. Взял и закричал нарочно: «Смотри-ка, Гоголь (а никакого Гоголя с ним не было), смотри, Тургенев саблю покупает, давай мы с тобой ружьё купим». Тургенев испугался и в ту же ночь уехал в Баден-Баден.
Лев Толстой и Фёдор Михайлович Достоевский, царствие ему небесное, поспорили, кто лучше роман напишет. Судить пригласили Тургенева. Толстой прибежал домой, заперся в кабинете и начал скорее роман писать – про детей, конечно (он их очень любил). Достоевский сидит у себя и думает: «Тургенев – человек робкий. Он сейчас сидит у себя и думает: «Достоевский – человек нервный, если я скажу, что его роман хуже, он и зарезать может». Что же мне стараться? Всё равно денежки мои будут» (это уже Достоевский думает). На сто рублей спорили. А Тургенев сидит в это время у себя и думает: «Достоевский – человек нервный. Если я скажу, что его роман хуже, он и зарезать может. С другой стороны, Толстой – граф. Тоже лучше не связываться. А ну их совсем!»
И в ту же ночь уехал в Баден-Баден.
Даниил Хармс
