МОСКВА-РЕКА
Пронизав текучестью извечной,
Отразившись в окнах и крестах,
По пути создав Замоскворечье,
За века как будто не устав –
Ты струишься. В солнце замирая.
Золотая, тёмная вода.
Так ли важно – первая, вторая –
Важно, что питаешь города.
Свеженосна, каменнобережна…
Оттого особенно милей,
Когда ты, светло и обережно,
Плещешь у Коломенских церквей.
ЗВЕЗДЁНЫШ
Эту ночь, как водку, испей до дна –
И сиди в окошке, да волком вой.
Ты не бойсь, не выплыву у окна,
Уподобясь молнии шаровой…
Да не бойсь, не выйду – умом светла,
Да не всякой горести свет – в окне.
Я и так ведь с неба к тебе сошла
Голышом понежиться в простыне…
Помню, вслед кричала мне мать-звезда:
«Да не делай лишнего, свет блюди!..»
И текли небесные поезда
Вниз – с её звездёнышем на груди.
Буду телом, гладеньким, как яйцо,
Прижиматься к войлочной тишине…
Ты хмельное – к небу – держал лицо,
И оно навек полюбилось мне.
ШКОЛА
– Знаю, за что получались пятёрки –
Белых немало грязнил я сорочек.
Новая школа – и новые сроки,
Точки-тире вместо стареньких точек.
Вместо уютных почтенных стараний –
Полупрорывы к каким-то границам.
Сны – вместо формул, миры – вместо зданий,
Вместо теорий – убитые птицы.
Эта учёба – поток наваждений,
Здесь дисциплина – насмешка для нищих.
Школа познаний своих заблуждений,
В коей разруха – обычная пища.
Не оторваться от бывшей программы,
И окружившие калейдоскопы
Просят вести немедлительно маму…
Маму, что выжила после Потопа.
Егорова-крекнина Ирина
