Леонид Сергеев. Романтические и неромантические истории. Рассказы. М. ИПО «У Никитских ворот» 2017 208 с.
Столичных туристов, путешествующих по Кавказу, на перевале догоняет общительный местный парень Важа с вязанкой сучьев на плечах. Они знакомятся, а потом видят его на сельском рынке, покупают у него домашнее вино «Хванчкара», потому что так и называется это селение, и оказываются в гостях у горца, который принимает москвичей, как и полагается, с большим радушием и почётом.
Когда странники снова двинулись в дорогу, их согласился подвезти до Кутаиси водитель попутного грузовика. По пути они разговорились о новом знакомом и узнали, что принимавший их парень совсем не тот, за кого он себя выдаёт: дом, которым он так хвалился, принадлежит не ему, а городскому начальнику, а Важа, бездельник и бабник, живёт в нём только из милости, присматривает за хозяйством и продаёт чужое вино.
Таково вкратце содержание рассказа «Молодой, весёлый, беспечный…». Однако история, рассказанная Леонидом Сергеевым, вовсе не так проста и однозначна. Ведь поведение Важи при всём бахвальстве во многом выглядит искренним и доброжелательным. С другой стороны, шофёр, подвозящий путешественников, тоже не кажется благородным горцем или бессребреником: за свою услугу он «слупил» с москвичей несколько банок кильки в томате. В итоге приходишь к выводу, что этот кажущийся простым сюжет на самом деле весьма неоднозначен.
Это качество можно распространить практически на все рассказы, составившие сборник прозы Леонида Сергеева. Он относится к людям, которых часто называют шестидесятниками. Для большинства представителей этой генерации характерны такие качества, как романтизм, вера в высокие идеалы, определённого рода наивность, нестяжательство. Вспомним таких киногероев, как Шурик из «Кавказской пленницы» или персонажей фильма «Три тополя на Плющихе».
Однако мы помним: когда настали времена перестройки, многие из остепенившихся людей этого поколения проявили совсем другие черты: стремление к власти, богатству и измену идеалам своей юности.
Леонид Сергеев совсем не такой. Ему удалось сохранить в своём творческом и человеческом поведении незамутнённую веру в добро и справедливость, в простые человеческие истины, готовность совершать безумные и рыцарские поступки. Он всё тот же неисправимый романтик, готовый в любую минуту двинуться навстречу новым приключениям.
Тексты этого писателя чисты и непосредственны, как светлая вода горной речки. Во времена, когда многие наши современники из кожи лезут вон, чтобы придать своим сочинениям дополнительную читабельность и нарративность, Леонид Сергеев может позволить себе такую роскошь, как лирическая проза, может писать, не заботясь о напряжённом или же детективном сюжете, не применять эффектных и выигрышных приёмов. В самой интонации этой литературы явственно слышен его проникновенный, глуховатый, далёкий от какой бы то ни было форсированности голос.
Рассказы, вошедшие в сборник, чаще всего звучат непосредственно, искренне и прозрачно. Однако мы уже убедились, что в этой прозрачности могут содержаться многозначные, полифоничные и глубинные смыслы.