Грозная – фамилия молодой писательницы по мужу. Но если бы ей захотелось взять псевдоним, то лучше не придумаешь! Такой уж характер у героини (да, похоже, и у автора): тем, кто её обидел, вряд ли поздоровится.
Героиня первой повести, «Духовный наставник», начинает свой путь робкой выпускницей психологического факультета, попавшей в «ментовку» по женитьбе, вслед за мужем. Но вскоре крутые опера, обжёгшись, начинают её уважать и даже бояться! Ведь от выданных ею точных психологических характеристик зависит их карьера, и поблажек она никому не даёт – хотя при этом вполне ладит и даже дружит с самыми грозными из них. И себе в «наставники» она выбирает именно такого: самого опытного «на тропе войны» и милицейской службы, но при этом нарушающего многие правила мирной жизни.
Знакомство «наставника» героини с её мужем начинается с жестокой драки: только проведя «разведку боем», они признают друг друга. И вот в таком жёстком мире (а вряд ли слишком мягкие пригодны для этой профессии, честно говоря) наша героиня обустраивается вполне уютно, характеризует всех метко и весело, справляется, что поразительно, и с теми ситуациями, где бы даже обычный мужик спасовал, делает карьеру и выходит в преподаватели милицейского вуза.
Повествование увлекательно, слегка авантюрно, порой балансирует на грани, но только так и можно что-то сделать в жизни: не топтаться на месте, а смело двигаться вперёд. Да, героиня многому научилась от своего «духовного наставника», но и сама «расцвела». Мы восхищаемся её решительностью (если делать лишь то, что разрешено, – «замёрзнешь»), её умом и даже лукавством и – что скрывать? – всё нарастающей женской привлекательностью: её-то прятать зачем? И кому не нравится про это читать?
Что же касается реализма, то я в этой повести впервые увидел реальную жизнь милиции (ставшей по ходу повести полицией, что, оказывается, совсем не одно и то же). Множество потрясающих, увлекательных, уморительных эпизодов! Повесть читается без отрыва, хотя в ней нет ни одной перестрелки и погони, которые в действительности если и присутствуют, то составляют сотую долю процента милицейских будней. И к этой насыщенной и выматывающей все силы реальности плюсуются ещё и домашние проблемы, получившие отражение во второй повести – «Кудряшка», давшей название книге.
Как всё это выдержит героиня Вика? Мы уже привязались к ней, напереживались – и не хотим расставаться. А к ней, после всех тягот молодой мамы, уже вытянувшей первого ребёнка, приходит беда: второй сын рождается аутистом! Он если и связан с близкими, то как-то загадочно; эту ниточку связи надо отыскивать и, пусть даже из последних сил, поддерживать. И страдать: возьмут ли Павлика (он же – Кудряшка) хотя бы в школу для особых детей или даже туда не возьмут? И что ей делать тогда – бросить всё и превратиться в няньку? Но Вика только и распробовала по-настоящему жизнь. Не буду перечислять всех страданий и радостей героини (уверен, с глубоким состраданием прочтёте сами).
Читателям предстоит вместе с ней пройти все виражи тяжелейшей, но героической жизни и ещё много раз восхититься её мужеством, изобретательностью и, что самое поразительное, борьбой за свободу и сохранение личности – в этих тисках!
Как и в «Наставнике», в «Кудряшке» поражает точнейшая, порой беспощадная (с точки зрения снобов и чистюль) панорама реальной жизни, «непрестижных» многоэтажек, какими наш город всё «прирастает и прирастает», с населением весьма непрезентабельным, а порой и опасным. Мало кто, как Грозная, бесстрашно пишет про это, причём с такой реальностью справляясь. Бесстрашная весёлость – вот что больше всего привлекает в героине.
Два самых главных её помощника (обитающих тут, рядом, – а других не нашлось) – это верный, но опасный полукриминальный азербайджанец Самир и тут же – армянка Ляля, спасшаяся из Баку и тоже весьма озлобившаяся. И именно они бесстрашной и весёлой, никогда не сдающейся героиней (делающей при этом всё, что ей нужно, и это восхищает) приспособлены в «няньки» больному сыну – и оба этих весьма опасных друга очень трогательно ведут себя с ним. Теперь у всех, включая Вику и её (непутёвого поначалу) мужа, общая святая миссия: Павлик, Кудряшка. Читая Грозную, будто слышишь язык, которым разговаривают теперь, ужасаешься грубостью – и поражаешься точностью новых слов. Близко, в упор, видит Кира Грозная «горячие точки» современного мегаполиса. Жизнь опасна, и об этом надо знать. Такого точного, смелого писателя, как Кира Грозная, причём именно «2018 года розлива», надо ещё поискать.
Но зачем, собственно, искать – если она уже есть? Надо ловить момент: они, ещё с несколькими талантливыми петербургскими писателями её возраста, образуют яркое, непохожее на все бывшие, новое литературное поколение, проверяющее жизнь на себе, поражающее нас порой шокирующими, но абсолютно реальными «селфи». Этих «лидеров нового литературного поколения» нужно изучать уже в университетах, а не «держать в запасниках». Не дай бог, мы это поколение потеряем: одними музеями не проживёшь. Так давайте поддержим и будем их печатать – чтобы с восторгом (а порой и с ужасом, с каким и воспринимается всё новое) читать и изучать.
