После шумных митингов, телебаталий и «дня тишины» настало воскресенье – день голосования. Я посетил три избирательных участка: в школе, в НИИ стеклопродукции и в одной из администраций.
Всюду длинные столы, строгие и любезные сотрудники, кабины и, понятно, урны для бюллетеней. Чуть в сторонке от входа на любой участок – кафетерий с пирожными, кофе, горячим глинтвейном.
Очереди там, где я побывал, были небольшие, по-немецки чёток интервал в 1,5 метра между людьми. Завязываются разговоры. Прислушаешься или присоединишься, ощущаешь – настрой грустный. Мол, с Меркель уходит эпоха, жалко, к Ангеле привыкли. Но ведь уже ничего не изменишь. Наверное, поэтому больше касаются будничных дел. Как в поговорке: о папе римском в Ватикане не говорят.
От людей «продвинутых» слышал сравнения с выборами в Госдуму России. Собеседники вспоминали телекартинки на немецких каналах, когда кто-то в кепке суёт в урну пачку бюллетеней, а на окрик члена комиссии быстро уходит, когда какие-то женщины хаотично передвигаются по участку и роются в бумагах, а фоном шум, чуть ли не матерщина… Такая «правда жизни» в телерепортажах – и не важно, кто их делал, собкоры или сотрудники НКО, – навязывала мысль: если Европа не поможет, русские продолжат дичать…
На одном из «своих» участков слышу, что Виталий Кличко, экс-чемпион мира по боксу, городской голова Киева, якобы приехал в любимый Гамбург, где был популярен. И что ему там надо? – задаются люди вопросом. А вот трое женщин упоминают главу МИДа Хайко Мааса, но судачат не о его работе, а о том, что его спутница жизни, актриса Натали Вёрнер, блеснула в ходе избирательной кампании за СДПГ (в ней и Маас). «Она такая хорошенькая! – заводят друг друга дамы. – Давайте проголосуем, как она!»
Вдруг слышна русская речь. Знакомлюсь: Роман Сегаль, бывший волжанин, один из 2,2 миллиона иммигрантов из России и СНГ. Сначала вспоминает о бабушке из Израиля. Той 94 года, не так давно голосовала против Нетаньяху, хоть я и не понял за кого. Сам Роман в размышлениях, до последнего момента не решил, за кого отдать голос, а может, просто не хочет делиться. Но что его точно беспокоит, как и многих, так это шанс повторения ситуации после прошлых выборов. Они прошли 24 сентября 2017-го, а правительство сформировали только 14 марта 2018 года. Так, может, Меркель ещё поправит, чем плохо?..
Александр Иванов, Берлин
