Арсений Ли
Родился в Ленинграде в 1977 году. Поэт, дизайнер, специалист по брендингу, преподаватель. Один из основателей российского поэтического товарищества «Сибирский тракт». Арт-директор издательства СТиХИ. Член Союза писателей России. Почётный член Клуба писателей Кавказа. Член Русского ПЕН-центра, член Союза писателей ДНР. Стихи публиковались в журналах «Арион», «Звезда», «Урал», «Волга», «Литературный Иерусалим», «Плавучий мост», «Нижний Новгород», «Сура», в «ЛГ», непериодических российских и региональных изданиях.
Прозрение
Следи, как свет уходит, как
Уходят тени, –
уходят контуры зверей,
людей, растений…
Пусть мир твой ясный, дуралей,
укрылся дымкой.
Давай теперь на суть вещей
гляди с улыбкой.
Свет или тьма – поди пойми, –
моргнёшь длиннее.
Гомер глядел и нам велел,
Ему виднее.
* * *
От утреннего холода дрожа,
Разуй своё хромое зренье.
У этого ли скажешь рубежа:
Постой, остановись, мгновенье.
И вот ещё остался полувзмах,
И полувздох, и птичий лёгкий шорох,
И солнце яркое в расплавленных очах,
Пока воспламенялся порох.
Д. Орлову
Как вам не стыдно о представленных к «Георгию» вычитывать из столбцов газет?!
ВВМ
Беспомощный штатский,
зачем ты тут нужен такой?
Красивы прилёты
и выходы там, за рекой.
Шуршат квадрокрылы,
посланники Бога войны.
Ты слово «Победа»
давно замусолил, увы.
В столицах героев
встречает уютный бедлам.
Порадуйся, воин,
любуясь на дам… но не вам.
А умник московский,
склонясь над вечерним пивком,
посетует: «Что-то
сегодня мы плохо идём»…
Но тут же заметит
красавица, выдохнув дым
и локон поправив:
«Зато эпохально сидим».
И пьёт за победу
скучающий русский бомонд…
Давай, собирайся, кому-то же нужно
на фронт.
Махачкалинскому спецназу
На вещмешках бородачи (герои как один)
лежат и смотрят, как на них
мы, штатские, глядим.
Спецборт подтянут… аппарель откинется вот-вот,
и с места их сорвёт войны
большой водоворот.
Нас увезёт в земную жизнь гражданский самолёт –
где будет долгой-долгой смерть…
А их бессмертье ждёт.
* * *
Увы, в душе ничто не открывается –
смерть точно есть, и это навсегда.
О чём же, милый друг, теперь печалиться?
Забудут все, забудут всех, и я
забуду, и тебе забудусь я,
простынет след, уйдёт кумир земной.
Я в языке как в янтаре останусь, и
айда со мной.
Наше Большое Прошлое
Белый-белый свет предвечный,
чёрный-чёрный дым.
Ничего не жалко, страшно
быть не молодым…
Осень века, музы юный
страстный шепоток –
вот тебе рука и сердце,
баррикады, килогерцы,
пламенный цветок…
Тусклый-тусклый, жёлто-серый
предрассветный свет…
Осень жизни, юность века,
перемена мест.
* * *
Ничего не осталось от милого Бога,
От любви и радости – ничего.
Я гляжу в лицо моего народа.
Лучшего народа не сыщешь, но
Удивительно, как здесь умеют плакать,
Убивать друг друга умеют как!
За рекой уныло кричит собака,
Будто бы вопрошая: «Как?
Как?!»
