Евгений Мысловский,
член СПЧ (2011‑2024), почётный президент Фонда «Антимафия»
Наводнение в Дагестане стало одной из крупнейших катастроф последних лет. Регион столкнулся с гибелью людей, разрушением инфраструктуры, проблемами в ЖКХ и управлении. Власти обещают компенсации и восстановление разрушенного стихией. Пока процесс идёт медленно, что вызывает недовольство населения. Увы, немало работы и у следствия.
Пословица «Пока гром не грянет, мужик не перекрестится» точно отражает то, что предшествовало наводнению. Иными словами, люди бездействовали до прихода беды, а начали шевелиться, когда она в буквальном смысле нахлынула.
Следственный комитет РФ возбудил уголовные дела в связи с гибелью людей и халатностью должностных лиц. По состоянию на 18 апреля 2026 года последствия катастрофы оставались крайне тяжёлыми. Из-за наводнения и прорыва дамбы Геджухского водохранилища погибли не менее шести человек, в том числе женщины и дети. Сотни людей получили травмы, обморожение, отравление грязной водой, лечатся до сих пор.
В Дербентском районе и Махачкале разрушены сотни домов, целые посёлки смыты потоками воды и снега. В Махачкале развалился многоквартирный дом, возведённый на краю оврага, десятки других зданий признаны аварийными. Подтоплены улицы в столице республики и других местах. По данным Правительства Дагестана, более 28 тысяч человек пострадало, осталось без крова и имущества. Подтоплено более 8000 домовладений, около 6000 приусадебных участков, около 350 участков автомобильных дорог. В Махачкале повреждено свыше 2000 построек, в Хасавюртовском районе – более 770, в Дагестанских Огнях – 285. Погибло около 700 голов крупного рогатого скота, более 2000 голов мелкого рогатого скота и примерно 60 000 птиц.
Урон сельскому хозяйству, по предварительным подсчётам, – 640 млн рублей. Пострадало множество сельхозугодий, ферм, виноградников, гидротехнических сооружений. Повреждено 50 объектов мелиорации, ущерб тут предварительно оценили в 358 млн рублей. В селе Мамедкала Дербентского района разрушен железнодорожный мост. В нескольких районах (Гергебильский, Хунзахский, Гунибский) из-за обвалов скальных пород заблокирован участок дороги от села Гергебиль до Красного Моста.
Вице-премьер Дагестана Манвел Мажонц отметил, что изучение последствий продолжается, итоговая сумма ущерба может составить свыше 4 млрд рублей. По данным на 14 апреля, в МФЦ Дагестана поступило 28 тысяч заявлений на выплаты. В пресс-службе главы Дагестана отметили, что в половине из этих заявлений не указан адрес домовладения, что осложняет предоставление помощи. Точная сумма ущерба определится после полного обследования.
Посмотрим пока на цифры бюджета республики на 2026 год. Доходы: 220,2 млрд рублей. Расходы: 220,8 млрд рублей. Дефицит немалый, порядка 0,2% от всего объёма бюджета. Где искать средства на погашение ущерба, если они уже в 10 раз превышают утверждённый дефицит бюджета? Разумеется, федеральный центр поможет. Да и простой народ не остаётся в стороне, уже прибыли и едут в Дагестан КамАЗы с гуманитарной помощью, прибывают обычные люди, молодёжь: хотят помочь пострадавшим.
С причинами, почему не удалось умело и эффективно противостоять стихийному бедствию, разбираются следователи. Даже поверхностный анализ показывает: многое типично для нашего чиновничества, нередко действующего безответственно.
Судя по всему, правительство региона не выделяло средств на прогнозирование возможных природных катаклизмов в столь сложном регионе и с учётом изменений климата. Думаю, если бы реально работали в этом направлении, пришли бы к выводу о необходимости как минимум профилактики.
По жизни же оказалось, что Геджухская плотина (дамба Геджухского водохранилища) в Дербентском районе была не готова к масштабному пропуску воды. 5 апреля 2026 года плотину прорвало. А ведь её состояние уже давно внушало опасения. Прежде всего речь о частичном отсутствии бетонирования. Плотину в своё время возвели так, что лишь половину дамбы забетонировали, а вторая часть была земляной. Ещё один фактор уязвимости – большой износ. Дамбу возвели в 1970‑х годах, за все эти десятилетия она ни разу капитально не ремонтировалась. Прогнила арматура плотины. Не являлось секретом, что водохранилище постигла ещё одна напасть – заиление, а это привело к существенному сокращению его полезной ёмкости. Перед прорывом реальный объём воды в нём составлял около 1 млн кубометров, тогда как вместимость по проекту – 5 млн. Не так давно, в 2025 году, свои предписания выдал Ростехнадзор, отметив зарастание водохранилища травой, наличие пустот под днищем водосброса и другие проблемы. Почему на замечания не обратили внимания? Видимо, это большой вопрос к качеству госуправления и контроля. Ко всему прочему имелись и жалобы местных жителей, в том числе о критическом износе конструкций.
Также выясняется, что не существовало даже плана действий на случай ЧП, как не было и аварийно-спасательных средств. Всё это катастрофически сказалось на гидросооружении, когда начался аномальный паводок и уровень воды превысил норму более чем в 10 раз. При высоте дамбы 4–5 метров вода поднялась на 6 метров и просто хлынула через насыпь. Остановить поток нельзя было ещё и потому, что имелись незаконно (как теперь выясняется) сооружённые дамбы выше по течению. После прорыва основной дамбы вода и ил устремились по руслу реки Дарвагчай, вызывая огромные разрушения в сёлах Мамедкала, Кала, Михайловка, Дузлак и других.
Возникает естественный вопрос: кто нёс и несёт ответственность за плотину и водохранилище? Арендатором Геджухского водохранилища значится ООО «ДЗИВ-2». Это дочерняя компания Дербентского завода игристых вин (ОАО «ДЗИВ»). Плотина была сдана в аренду на 25 лет для полива виноградников. Собственником Геджухского водохранилища является Министерство по земельным и имущественным отношениям Республики Дагестан. Как взаимодействовали арендатор и собственник? Как вообще столь важное сооружение оказалось в частных управленческих руках? Со всем этим надо хорошо разобраться. На данный момент арестован главный инженер предприятия-арендатора, а его директор находится под подпиской о невыезде.
Конечно, полной точности в предсказаниях природных явлений достичь невозможно. Но современные методы анализа позволяют оценивать риски, моделировать сценарии развития событий, чтобы вовремя принимать превентивные меры. Думаю, действуя с опорой на знания, проявляя ответственность, многое в Дагестане можно было бы предвидеть.
Например, гидрографы знают, что таяние снегов и ледников подпитывает бассейны рек (Сулак, Терек, Самур), усиливая паводковый сток. Более 60% территории Дагестана занимают горы, что ускоряет сток воды. Переувлажнение склонов нередко приводит к сходу селей и оползней. Известно и то, что застройка речных пойм и водоохранных зон сокращает площадь естественного поглощения воды, блокирует ливневую канализацию. Снижают пропускную способность рек засорение и заиление русел, а вырубка лесов на склонах уменьшает водопоглощение почвы и усиливает эрозию. Ко всему этому добавляется глобальное потепление. Оно ведёт к учащению аномальных осадков, интенсивных штормов и циклонов в южных горных регионах. Поэтому только умелое и эффективное управление гидротехническими сооружениями (плотинами, дамбами), их своевременное обслуживание и модернизация могут уменьшить масштабы бедствий.
Многое из тех сведений, которые привожу в статье, я получил от друзей, живущих и работающих в Дагестане. Немало чего ещё выяснится. Но есть опасение, что следователи и волонтёры уедут, раны начнут зарубцовываться, а в организации процесса мало что поменяется. Тогда не избежать новых бед.
Мысловский Евгений
