Ботинки и воронки

Наши телеведущие не смотрятся как нуждающие­ся. И я был удивлён, когда один из них саркастич­но высказался о намерении Н.С. Хрущёва поднять уровень жизни советских людей. В этом телезвезда увидела… потакание мещанским идеалам.

Я сам из поколения, которое первые прилич­ные ботинки надело при «кукурузнике», и хотел бы задать молодому ведущему пару житейских вопро­сов. Например, томился ли он в очереди за мукой или за сахаром? Донашивал ли пальто?

Думаю, ответы были бы отрицательными. А коль так, вряд ли стоит упрекать кого-то, кто при всех своих закидонах понимал, что его сограждане заслу­жили элементарное право жить по-человечески.

Между прочим, отнюдь не все вожди СССР разде­ляли такой подход. Живучей была левацкая склон­ность клеймить комфорт как «буржуазный пред­рассудок». Думаю, нынешний хамский гламур во многом потому и расцвёл, что очень долго ревнивые идеологи приписывали греховность даже скромно­му стремлению к достатку. Мол, как можно думать о тёплом туалете, а не грезить о всемирном сча­стье трудящихся? Вот и переросла скромная мечта в оскорбительность рублёвских золотых унитазов.

Не помнить о насущных нуждах людей – глупо, осуждать за них – недальновидно и несправедливо. Ныне сторонники слинявшей в три дня, по выра­жению Розанова, российской монархии сильно не одобряют революционеров или одетых в шинели мужиков за нежелание продолжать мировую войну. То есть гнить в Мазурских болотах, глотать в окопах иприт и тому подобное. Конечно, ознакомившись со взглядами, например, Павла Милюкова, можно проникнуться его идеалами российского величия, однако прочитав «Тихий Дон» и «Россию, кровью умытую», любой ясно представит, чьими страда­ниями и горем это условное величие приобреталось.

Так что не следует язвить в адрес тех, кто хотел себе и людям земного благополучия. Назовите его хоть мещанским, хоть мелкобуржуазным, но имейте в виду, что волнующий идеал общественного или национального возвышения не достигается на фоне бытовой ущербности и мытарств из-за безденежья.

Как хотите, но всякая высокая миссия немыслима без устройства цивилизованного быта. Что, к сча­стью, постепенно происходит. Почти в любом мага­зине Москвы вместо разъярённой толкотни встре­чаю улыбку, а за стёклами элегантных кафе вижу нарядную молодёжь. И тогда размышления об осо­бом предназначении русских не кажутся такими уж абсурдистскими. Так бы всюду в стране!

На память приходит циничный анекдот времён перестройки: чего, мол, бились с немцами, лучше бы быстро сдались и пили бы себе баварское… В обстоя­тельствах постоянного «дюфсита», издевательского отсутствия самого необходимого это соображение кому-то казалось остроумным. Слава богу, со време­нем подлая логика была преодолена созидательной. Выяснилось: чтобы пить хорошее пиво, не нужно проигрывать войну, достаточно поставить эконо­мику на нормальные рельсы и дать людям свободу.

Теперь, когда классного пива, в том числе у себя произведённого, хоть залейся, любому человеку становится всё более понятно, что для счастья этого унизительно мало. Чего-то всемирного, непостижи­мого требует неуёмная русская натура! Мы на мно­гое способны. Властям лишь надо поддерживать это и не злоупотреблять русским долготерпением.

Понятнее многим и то, что нет чёрного и белого, поэтому странно слышать на дискуссиях по ТВ, что беды наши начались с ХХ съезда КПСС. Но на каких бы форумах, перед какой необъятной аудиторией демонстрировали бы интеллектуалы эрудицию, если бы не тот съезд? И не повезли бы их с дискус­сии на чёрном воронке куда-то далеко?