Наши садоводы по оптимизму уступают только воздушным шарикам в ветреную погоду. Заморозки, засуха, засилье, зарастание – и это только на букву «з» из пережитого дачниками в минувшем сезоне! А у некоторых случались неприятности даже на мягкий и твёрдый знаки!
Но без урожая никто не остался.
Так, Коринфеев привёз с дачного участка радикулит, Тыгыдымов – тяжёлую форму аллергии на тяпку: едва увидит орудие земледелия – поднимает руки вверх и кричит:
– Турнепс капут!
Пятисонов собрал на своих шести сотках целый букет. Дал понюхать врачу из районной поликлиники.
– Медицина бессильна! – чихнул медик. – Здесь без бутылки водки не разобраться!
– Да вы ещё и экстрасенс! – взбодрился Пятисонов. – Просто мысли читаете! Может, организуете мне рецепт на приём маринованных огурчиков с водкой!
– Я клятву Гиппократа не под мелодию польки-бабочки озвучивал! – одёрнул халат экстрасенс. – Вся страна соленья без рецепта принимает!
– Без рецепта жена не верит в целебные свойства этой коллаборации! – всхлипнул Пятисонов. – Натуральный буллинг затеяла! Огурцы против меня настраивает! Позарез рецепт нужен!
Услыхав про зарез, терапевт с облегчением направил Пятисонова к хирургу. Больше хирурга в поликлинике не видели.
Отлупов появился в городе с синенькими. Причём под обоими глазами. Поскольку всё лето сливал компромат на соседку чучелу на сопредельном участке. Когда выяснилось, что чучело и было соседкой, Отлупов попробовал вступить с ней в мирные переговоры, но успел только подумать:
– Репе конец!..
И действительно, его репе досталось не только на орехи, но и на тыквы. Даже чесать темя было больно. После этого Отлупов делился сокровенным только с лопатой.
Поимелов увлёкся флористикой, запав на сухоцвет лет двадцати.
– Значит, мне, женщине в теле, с солидным дачным бэкраундом, изменяешь с этим гербарием?! – подавилась кабачковой икрой жена.
– Подумаешь, гербарий – один цветочек! – попытался сварганить оправдание Поимелов, но, сражённый супружеским «Сам-то полный сухостой, а туда же!», безропотно отправился полоть морковку. До грядки он добирался по-пластунски, стараясь не попадаться бэкраунду на глаза. Теперь у Поимелова в перечне супружеских обязанностей единственный пункт – извлечение косточек из вишни.
Трептильев привёз с дачи зелень.
– Секс? – поинтересовался приятель, с завистью разглядывая трептильевскую спину, покрытую зелёнкой, словно низменности на карте.
– Гвозди в заборе! – разочаровал завистника Трептильев.
Председатель садового товарищества тоже пожал зелень, конвертировав членские взносы, собранные на ремонт дороги. Поэтому в свободное время его семья выходила на просёлок и старательно утаптывала автобан.
Стропиловой, казалось, не повезло. Грядки, расположенные строго по фэншую, не дали ни фэна, ни шуя. Бессонной ночью расстроенная садоводка вышла на крыльцо полюбоваться на звёзды, чтобы впасть в лирическое настроение. Хотя муж – отставной прапорщик – бухтел:
– Достань из шифоньера китель – там тоже звёзды! И никуда ходить не надо!
И, почти заснув на крыльце с газетой, свёрнутой в подзорную трубу, Строптилова услышала голос сверху:
– Фэншуй фэншуем, но грядки надо было поливать!
И под согласное кивание хрена Стропилова ощутила, как в ней заплескался агротехнический оптимизм…
Потому что воздушные шарики сдуваются, а садоводы – нет!.. Они верят в новый сезон, в котором будет удобрение, унавоживание, успех, удача, урожай… И это только на букву «у»!
Коломейский Анатолий