Экскурсия в будущее

Ирина Устинова, собкор «ЛГ» в Санкт-Петербурге

«Профессора выращиваешь?» – с ходу в цель поинтересовался один важный сотрудник АО «НПП «Радар ММС» у другого не менее важного, взлохмачивая и без того вихрастую голову моего шестилетнего сына.

1 июня. День защиты детей. У входа на предприятие – шеренга родителей. Ждут, когда начнут детей выдавать с экскурсии. «Им открыты те двери, о существовании которых я в своём детстве даже не подозревала», – мелькнуло в голове у меня чувство удовлетворения, почти полностью перекрывающее зуд сожаления.

Есть в Ленинграде (не вяжется здесь Санкт-Петербург) такое предприятие, на котором работают «радаряне». Возглавляет его генеральный конструктор, Герой Труда Российской Федерации Георгий Анцев. И на особом его счету – забота о «радарятах» – детях сотрудников, ибо в них – будущее. На предприятии работают поколениями, и в этом один из секретов его бесперебойной работы вот уже 77-й год.

Смотрю на своего вихрастого, который выходит из проходной с таким видом, будто прикоснулся к чему-то секретному и очень важному. Глаза горят. Не наигранный восторг – в шесть лет дети не умеют притворяться. Если молчат и переваривают, значит, зацепило. И я думаю: вот он, правильный способ воспитать человека, которому не всё равно. Не нотациями о патриотизме, не школьными уроками мужества, которые давно превратились в формальность, а живым примером. Когда ребёнок видит, куда каждое утро уходит отец, чем горят глаза матери, когда она рассказывает о своей работе. Когда работа родителей – не абстрактное «ходить в офис», а конкретное, осязаемое дело, которое можно потрогать, которым можно гордиться.

Мы слишком привыкли перекладывать воспитание на школу, на кружки, на экраны. Купили планшет – и ребёнок занят. Включили «развивашку» – и пусть смотрит. А сами вечером уткнулись в телефоны. И дети растут с убеждением, что жизнь – это бесконечный скроллинг и потребление чужого – чужого успеха, чужого счастья, чужих «лайков». Но попробуйте выключить всё. Посадите ребёнка рядом и расскажите, что вы делаете на своей работе. Не сухими словами «отвечаю на письма» и «провожу совещания», а по-настоящему: вот мы создаём то, без чего страна не сможет защитить себя. И вы увидите, как загорятся его глаза. Потому что детям нужно не много – им нужны правда и сопричастность. Они хотят знать, что их родители не зря тратят жизнь. И тогда они сами захотят стать частью этого дела.

В этом и есть главный секрет преемственности поколений. Не когда тебя заставляют идти по стопам отца, а когда ты сам, надышавшись заводским воздухом, услышав гордые разговоры за ужином, решил: «Я тоже так хочу». И для этого не нужны профориентационные тесты и беседы с психологом. Достаточно однажды привести ребёнка туда, где пахнет металлом, где взрослые сосредоточены и серьёзны, где даже в воздухе чувствуется: здесь делают что-то важное. Не для галочки, не для отчёта – для страны. Для защиты.

На «Радаре» это поняли давно. Здесь выстроили целую вертикаль: от экскурсий для дошколят до серьёзной научной работы со старшеклассниками. Предприятие проводит конференции для талантливой молодёжи, где ребята со всей страны защищают свои проекты. Создан юнармейский отряд, в котором воспитывают будущих защитников. Работают кружки технического творчества, где дети не просто играют, а учатся думать, конструировать, создавать. И всё это – не для отчётности, а для того, чтобы ребёнок, однажды переступив порог, захотел остаться. Чтобы он не уехал в столицу за «лёгкими деньгами», а пришёл сюда, где его ждут, где его знания нужны, где он продолжит дело деда и отца. И знаете, это работает. Сотрудники здесь – не просто коллеги, они – семья. Многие пришли по стопам родителей, и уже их дети ждут своей очереди. 

Ребёнка, который вырос на заводских проходных, не надо уговаривать выбирать техническую специальность. Он уже выбрал. Он дышал этим воздухом, он видел, как дядя Вася колдует над станком, как тётя Галя чертит схемы. Для него это не чужой мир – это продолжение дома. Вот что такое правильное воспитание: когда работа родителей не отрывает их от детей, а, наоборот, соединяет. Когда нет этой болезненной развилки между семьёй и карьерой, потому что семья включена в карьеру, а карьера служит семье и стране одновременно.

Любовь к Родине не рождается из громких слов на митингах и не выучивается по учебнику. Она рождается из тихого, уверенного «надо», которое ребёнок слышит от отца, когда тот встаёт ни свет ни заря. Из уважения, с которым мать говорит о своих коллегах, называя их по имени-отчеству. Из гордости, которая невольно проскальзывает в голосе деда, когда он достаёт с полки старый потрёпанный чертёж и говорит: «Это я делал». И когда мальчишка с пелёнок знает, что есть место, куда его семья идёт каждый день, чтобы страна спала спокойно, – он уже не задаст дурацкого вопроса «а зачем мне это всё?» Он будет знать. И когда вырастет, он придёт сам.

Мы часто сетуем: дети не хотят учиться, не хотят работать, не хотят служить. А мы дали им альтернативу? Мы показали, что труд может быть радостью, а не повинностью? Мы сами-то радуемся своей работе? Или каждый вечер жалуемся, как всё надоело? Дети – идеальные детекторы фальши. Они считывают наше истинное отношение за секунду. И если мы говорим «надо любить Родину», а сами работаем без огня, без интереса, они не поверят. А если мы горим своим делом, если в наших глазах – азарт и гордость, если мы делимся с ними победами и трудностями, они потянутся. Не потому что мы заставили. А потому что это заразительно. Потому что счастье, когда тебе интересно, – оно передаётся как вирус.

На «Радаре», кажется, это знают лучше всех. Здесь не просто работают – здесь живут этим. И детям открывают не двери в цех – им открывают будущее. Показывают: вот он, результат нашего труда. Вот он, смысл того, что мы делаем каждый день. Не зарплата – она важна, но не она одна. А понимание: без нас – никак. Без нашего предприятия не взлетят самолёты, не заговорят радары, не будут защищены рубежи. И когда это понимание передаётся шестилетнему мальчишке, когда он выходит из проходной с горящими глазами, значит, мы всё делаем правильно. Значит, следующее поколение не подведёт.

Я беру сына за руку. Мы идём к выходу, и я ловлю себя на мысли, что не хочу уходить. Что-то очень правильное есть в этом здании, где с уважением говорят о прошлом и спокойно, как о само собой разумеющемся, – о будущем. И на вопрос того важного сотрудника – «Профессора выращиваешь?» – я теперь знаю ответ.

Выращиваем. Каждым своим днём, каждым примером. Потому что будущее не приходит само – его выращивают, как сад, как хлеб, как инженера, который через двадцать лет встанет на защиту родного неба. И начинается это будущее не с поступления в престижный вуз и даже не со школы. Оно начинается вот так – с экскурсии в обычный летний день. С вопроса, от которого захватывает дух: «А я смогу?» С ответа, который мы обязаны дать: «Сможешь. Обязательно. Потому что ты – из нашей породы».

Сын крепко держит меня за руку, пока мы идём к метро. Он молчит – переваривает. Я знаю это его молчание: оно значит, что сегодняшний день лёг в ту самую кладовую, где хранится будущее. Ему шесть. Он ещё не знает, кем станет. Но он уже сегодня усвоил кое-что поважнее школьных уроков: есть место, где работают его люди. Где делают то, что нельзя не делать. И куда он, может быть, вернётся через много лет – уже своим ходом.

«Мам, а они туда каждый день ходят?» – спрашивает вдруг. «Каждый», – отвечаю. Он кивает. И я понимаю, что для него это сейчас самое правильное устройство мира. И это, наверное, и есть защита, когда ребёнок знает, кому и зачем можно верить.

Такой человек не пропадёт. Не дрогнет. Он выстоит. Потому что с детства знает: если не ты, то кто?